Онлайн книга «Происшествие в городе Т»
|
– Отчего же, в таком случае, он кажется вам лишним? – Скорее всего, мне кажется лишним не сам Мох, а его принадлежность к преступному миру, к иванам. Ты помнишь, как врал нам Егоркин о женщине в черном? – Помню. – Но ведь, кроме вранья, он нам сказал тогда и правду. – Правду? – Да, кажется невероятным, но то, что он подрабатывает на свадьбах, – правда. И ведь знал, что мы для него не клиенты, но не удержался, похвалил себя и коляску. Такая у человека натура. Поэтому-то и запали мне в душу его слова, что Мох вроде как чиновник. – Неужели это городской казначей? – воскликнул удивленный Кочкин. – Нет, это не Приволов, но хорошо, что ты о нем вспомнил, он нам понадобится. – Зачем? – Для опознания, но после. А сейчас… – Начальник сыскной откинулся на спинку стула и вынул из жилетного кармана часы. – А сейчас, Меркуша, мы с тобой отправимся к доктору Викентьеву. У меня к нему имеется один вопрос. Когда полицейская пролетка подъехала к квартире доктора, тот как раз садился в свою коляску, в руках держал выездной саквояж. – Ах, как жаль, Фома Фомич, – произнес он, завидя начальника сыскной, – но мне нужно тотчас же ехать. Купец Ломакин по неосторожности отрезал себе палец. Все бы ничего, но присланный человек утверждает, что сильное кровотечение, нужно спешить… Стоящий невдалеке от доктора босоногий подросток в широченной рубахе хрипло заявил: – Велели сказать, ведро крови вытекло. Ведро крови, велели сказать… – Вот видите, – кивнул доктор в его сторону. – Нужно спешить! – Дело у меня небольшое. Я не стесню, если поеду в вашей коляске? – спросил фон Шпинне и добавил: – Пока доедем до пациента, думаю, мой вопрос решим. – О какой тесноте вы говорите, места хватит всем! – ответил доктор, а подростку сказал: – Ты беги напрямик и скажи, что доктор едет! – Ага! – произнес подросток, и его как будто ветром сдуло. Фома Фомич взобрался в возок Викентьева. Уже сидя в нем, сделал Кочкину знак рукой следовать за ними. – Итак, слушаю вас, – проговорил доктор после того, как коляска тронулась. – Вы знаете, Николай Петрович, меня беспокоит здоровье губернатора. – Я так понимаю, вы говорите о его душевном здоровье? – Нет-нет. – Тогда что? – Я беспокоюсь о руке его превосходительства. В нашу последнюю встречу, да и раньше, он жаловался на острую боль в запястье… – В запястье правой руки? – Да! Вы его осматривали сразу же после нападения. Как вам кажется, эта боль не может быть следствием удара или ушиба? Доктор задумался, глядя в спину возницы. Это продолжалось всего лишь несколько секунд, но в подобных ситуациях время тянется слишком медленно. – Николай Петрович, – окликнул его фон Шпинне, доктор вздрогнул и, проведя рукой по эспаньолке, ответил: – Нет-нет, хотя это и нельзя полностью исключать. Я думаю, эта боль не является следствием удара или ушиба. Это скорее напоминает растяжение. Вы знаете, – доктор рассмеялся, – у меня в практике был случай. Приходит ко мне как-то некто Трегубский. Разбогатевший мещанишко. Поначалу-то просто Трегубов, но потом денежки завелись, превратился в Трегубского. Поговаривали, что дворянское свидетельство купил. Ну, так вот, приходит ко мне этот Трегубский и жалуется на боль в запястье… – Вы выяснили причину этой боли? – Ну так слушайте дальше. Жалуется на боль, а у самого на этой же руке вот такой золотой перстень, размеров просто поразительных… Велю ему этот перстень снять. Как можно, говорит, семейная реликвия. А я ему в ответ: раз пришли к доктору, делайте то, что он велит, в противном случае прощайте! Нет, снимает перстень. Я его тут же на весы. Четверть фунта! Представляете, Фома Фомич, четверть фунта! Вы бы, говорю ему, батенька, еще и на другую руку точно такой повесили, тогда бы у вас была полная симметрия. Знаете его ответ? Никогда не догадаетесь. – Доктор пырскнул от смеха. – У меня, говорит, денег на второй не хватило. Представляете, денег на второй не хватило. Это значит, что если бы денег хватило, то он отлил бы себе два перстня и ко мне пришел бы полным инвалидом… |