Онлайн книга «След механической обезьяны»
|
В дом фабриканта прибыли в половине второго. В пролетке сидели фон Шпинне с Кочкиным, а в полицейской черной карете, которая ехала чуть позади, привезли закованного в кандалы Николая Протасова. – Обед сейчас, помешаем! – нудил сидящий в коляске рядом с начальником сыскной Кочкин. – Аппетит пропадет? – иронично переспросил, широко шагая к парадной двери, Фома Фомич. – Так это не страшно. Думаю, в этом доме он у всех уже давно пропал! Лакей с одутловатыми щеками хмуро осмотрел сыщиков и спросил, чего они хотят. – Хозяйку твою, Арину Игнатьевну, увидеть, – бросил полковник и уточнил: – Она ведь дома? – Не велено никого принимать! – забубнил привратник, и лицо его стало еще угрюмее. – Кем? – спросил Кочкин и, не дожидаясь ответа, затолкал лакея в переднюю, вошел сам и пригласил начальника: – Прошу вас, Фома Фомич, проходите! Прислуга нынче какая-то невежливая… – Не велено… – Иди и доложи, что приехал начальник сыскной полиции фон Шпинне, – оборвал лакея чиновник особых поручений. – Быстро! А мы пока в гостиной подождем! Арина Игнатьевна встретила сыщиков неласково, как февральское солнце. – Я вас слушаю! – Она была сдержанна и подчеркнуто вежлива. – Протасова Арина Игнатьевна? – спросил фон Шпинне и так посмотрел на хозяйку дома, будто бы видел ее впервые. – Я не понимаю, это шутка? – Протасова медленно подошла к столу и уселась на свободный стул. – Нет, какие уж тут шутки! – холодно ответил Фома Фомич. – Но я задал вопрос: вы Протасова Арина Игнатьевна? – И что я должна на него ответить? – Правду! – Да, Протасова Арина Игнатьевна – это я! Что еще? – Все! – Начальник сыскной обратился к Меркурию и попросил ручные кандалы. Тот с каменным лицом передал их полковнику. Кандалы легли на стол возле хозяйки. – Что это? – спросила она и оторопевшим взглядом уставилась на фон Шпинне. – Кандалы! – А зачем? – Мы пришли вас арестовать! – За что? – Вы подозреваетесь в убийстве Лобанской Серафимы Дмитриевны, а также в организации убийств вашего мужа Протасова Саввы Афиногеновича, Евсея Марковича Коптева, управляющего Новоароновского и агента сыскной полиции Семенова. – Полковник, вы бредите! – воскликнула Арина Игнатьевна, осознав всю тяжесть обвинения. Лицо ее посерело и задергалось, из глаз летели искры. – Напротив, в это мгновение я нормален как никогда! – возразил начальник сыскной. – Но вы понимаете, в чем обвиняете меня? И кто такая Лобанская? – А вы разве не знаете? – Нет, я не знаю! – Это любовница вашего мужа. Она больше десяти лет назад жила в доме Афанасьева. Припоминаете? – Нет! – И фамилию эту слышите впервые? – Да! – В таком случае не могу не спросить вас о том письме, которое вы получили десять лет назад и в котором вам сообщили о том, что некая Лобанская любовница вашего мужа. – Вы и это знаете? – удивилась Протасова. – И это, и многое другое, и даже то, чего не знаете вы, но очень хотите знать! Арина Игнатьевна с деланым безразличием посмотрела на фон Шпинне. Этот взгляд должен был означать, что она ничего не желает знать, тем более от начальника сыскной. – То, что я повинна в смерти какой-то Лобанской, это полная чушь… – Ну вы же приезжали десять лет назад в дом Афанасьева! – И что с того? – После вашего приезда Лобанская умерла. – Ошибаетесь, господин сыщик, я приезжала уже после того, как ее, этой Лобанской, не стало. |