Книга Ариадна Стим. Механический гений сыска, страница 110 – Тимур Суворкин

Вернувшись в монастырь, мы проговорили с Ариадной до ночи, пытаясь понять, где могут находиться плесневики и как найти улики. Впрочем, ничего путного пока придумать не удалось, и в конце концов мы разошлись по кельям.

Когда миновала полночь, мне все еще не спалось. Сон убивала тяжелая усталость. Затеплив свечу, я подошел к окну кельи и аккуратно приоткрыл старую раму. Холодный воздух пах весной. Март был на исходе. Мертвый залив, в который обрывался монастырский двор, разливался бескрайней гладью. В свете луны чернела обстроенная куполами циклопическая бронебашня береговой обороны, превращенная в монастырский скит. Было тихо и покойно.

Легкий и нерешительный стук в дверь.

– Я увидела свет. Вам тоже не спится? – Маша, зябко кутаясь в укрывающую ее до самых ног шаль, нерешительно вошла в комнату.

– Да, не до сна. Трудный день. Много о чем надо подумать.

– А ваша механическая подруга? У нее тоже горит свет.

– Она читает. Я сегодня купил ей еще книг. Кажется, ей начинает нравиться. Поэтому не хочу ее беспокоить.

– Это здорово. У меня тоже много книг. Правда, я прячу их от дяди. Под кроватью. Они не очень приличные. Там о любви.

– Вот как? И кто автор?

Маша чуть покраснела. Затем подошла ко мне ближе и прошептала в ухо:

– Тургенев. У него там порой такое…

Лишь титаническим усилием воли я сумел удержать на лице серьезность.

Маша же, явно ожидавшая более яркой реакции на ее литературное грехопадение, чуть поджала губы.

– Но вы не подумайте. Я порой и другие вещи читаю. У меня детективы есть. С убийствами даже. – Она вновь отошла от меня: – Только дяде не говорите. У него слабое сердце.

Я рассмеялся, обещая промолчать об этом секрете, но глаза Маши на миг стали грустными.

– Знаете, я сейчас как раз дочитала книгу. Она тоже о полицейском. Штабс-капитане. Он очень похож на вас, Виктор, такой же отважный и смелый. И красивый.

– Постойте. Дайте догадаюсь, что-то из книг о похождениях штабс-капитана Амура Рафинадова?

– Да! Как вы догадались? Я читала «Амур Рафинадов и тайна преступной графини». Как вы думаете, Амура действительно убили в конце?

– Маша, ну нет конечно, я уже следующую книгу видел. Вы знаете, какой серия про Рафинадова доход приносит издателям? Ничего с ним не случится.

– Но… Как же? Там ведь в конце, сразу после свадьбы, коварная графиня де Бельведер оставила сыщика привязанным к их брачному ложу, отдав того на растерзание сестрам-революционеркам Миловидовым.

– Слушайте, тут я, увы, не знаток: не читаю подобную литературу, она низкосортная.

Маша чуть обиделась.

– А мне нравится. Знаете, я, когда читаю, будто нахожусь в другом мире. Таком красивом. Легком. Где можно любить и чувствовать от этого радость, а не стыд за нарушение наших запретов. Где нет монастырских стен. Где можно любить хорошего человека, и никто не назовет это грехом. Вы мне очень нравитесь, Виктор. А я вам?

Кровь прилила к щекам. Сердце ударило дробью. Я вообще не был готов к такому повороту событий.

Я не успел ничего сказать. Маша освободила левую руку из-под шали, и на стол перед нами встали два бокала с вином. Затем резко, будто шагая в холодную воду, Маша сбросила шаль со своих плеч.

Свет луны вспыхнул на белоснежной сорочке.

Маша подошла ко мне, положив мою руку на гладкую ткань.