Книга Невероятные гигаприключения Родиона Пузо, страница 10 – Тимур Суворкин

Смены шли за сменами, а один этаж холодного синтеза сменялся другим. Ты оброс покрытой инеем бородой, кожа твоя загрубела, а лицо стало настолько суровым, что позже в хрущэнциклопедии напротив слова суровость просто вклеивали твою фотографию.

Ты шел и шел вперед, шел поддерживаемый лишь одним желанием: встретить, наконец живых людей. Шел не смотря на бури, бетонные завалы и сковывающий тебя холод. Но когда твоя мечта сбылась, ты ей совсем не обрадовался.

В одну из смен, когда воздух стал теплеть означая твое приближение к жилым блокам, ты вошел в актовый зал на этаже управления механизмами синтеза. Потолок гигантского помещения был увешан сосульками, а стены скрыты заиндевевшими знаменами и кумачевыми флагами, на сцене же зала, между обломками трибуны и пианино стояли пошитые из красных бархатныхзнамен юрты. Так ты вступил на стойбище одичавших партийцев-людоедов, чьи предки тысячи гигациклов назад руководили строительством блоков холодного синтеза, и были там забыты из-за бюрократической неразберихи.

Одетые в пиджаки из шкур аберраций усеянные сотнями партийных значков, что превращали одежду в железную броню, сжимающие оружие сделанное по ГОСТу – 24556868/12 «Копье из человеческой кости, метательное», дикари тут же кинулись на тебя желая полакомиться свежим беспартийным мясом.

Нанеся самым шустрым преследователям дюжину ударов по системе Танцевалова, ты кинулся в ближайший коридор, слыша сзади крики преследователей, бряцанье оружия, а так-же шум и треск портативного магнитофона «Василек» с которого бегущий за тобой шаман племени транслировал звуки бубна.

Погоня длилась целую смену. Ты бежал и бежал через поднявшуюся бетонную метель, пока сзади свистели копья, проносились, падая в межэтажные провалы запряженные аберрациями упряжки и гудели охотничьи горны. Радостно булькал чувствовавший скорую смерть Алексей Петрович, но к его неудовольствию в конце смены тебе удалось наконец вырваться на лестницу, а потому самые яростные преследователи, что скользили по затянувшему этажи льду на лыжах «Юниор» и коньках «Вечность», оказались в самом дурацком положении. С трудом карабкаясь за тобой по ступеням, они тщетно грозили тебе заточенными лыжными палками из берцовых костей, пока ты несся вверх как молодой олимпиец, преодолевая этаж за этажом и чувствуя, как воздух вокруг становится все теплее. А вскоре твои глаза уже резанул свет десятиваттной лампочки и ты, наконец выскочил на обычный, до слез знакомый типовой этаж. Этаж на котором были люди. Люди к которым ты кинулся распростерши объятия.

Возникла немая пауза. Слишком поздно ты понял, что замершие при виде тебя фигуры были культистами бетоноворотчиками. Впрочем и сектанты от неожиданности промедлили, несколько секунд тупо стоя у открытой в стене воронки портала.

Наконец, оцепенение исчезло и они, бросив ритуал, выхватили ржавые, выкованные из арматуры тесаки.

Шум и партийные лозунги раздавшиеся сзади показали, что лыжники и конькобежцы с одичалого блока тоже вскарабкались на этаж по твою душу.

Нельзя было терять ни секунды.

С криком:

- Наверните бетона, бетоноворотчики! - ты резко выхватил сидевшего у тебя за пазухойАлексея Петровича и сдавив его пузико обдал сектантов тугой бетонной струей, после чего сделал единственное, что мог для вашего с Алексеем Петровичем спасения – прыгнул во все еще открытый портал.