Книга Пусть всегда будет атом, страница 17 – Тимур Суворкин

К горлу Насти подступила тошнота, но схвативший ее за руку Степка быстро потащил ее прочь, в дом главы общины.

Был ли дом примечательным или необычным? После церквушки Настя больше не смотрела по сторонам, а потому ничего вокруг ей запомнилось. Возможно и к лучшему.

Матвей встретил их на пороге и, с усмешкой взглянув на белое лицо девушки, провел их одну из комнат, где на большой пуховой кровати лежал Невзор. Выглядел старик крайне плохо и, осмотрев его, девушка поняла, что глава общины слег с холерой, эпидемии которой в их районе как раз не хватало до полного счастья. К ее радости, на вопрос об имеющихся лекарствах, сектанты принесли целый ящик, забитый довоенными таблетками и антибиотиками, а потому положение старика перестало выглядеть таким опасным, как ей подумалось в начале. Вскоре Настя уже была вся во врачебной работе, полностью забыв обо всем, что творится вокруг.

Невзор, поправившийся тогда ее усилиями, стал лишь первой весточкой пришедшей в тот год холеры. Она проникала в реки и озера, находя себе дорогу мутными ручьями дождевой воды, омывающими мусорные кучи и неубранные трупы людей, что нашли в Пустошах свой окончательный покой. Вскоре болезнь пришла и в Новые Зори. Слабые, едва пережившие голодную зиму селяне косились холерой каждый день. Еды в Новых Зорях было все меньше, лекарства кончались стремительно. Больница была забита, и людей приходилось размещать на раскладушках или прямо на полу. Теперь Насте приходилось ночевать в больнице, заходя в дом лишь раз в пару дней, чтобы полить цветы.

В один из вечеров, когда она закончила вечерний обход и собиралась подремать несколько часов, на пороге возник Степка и, не говоря ни слова, потащил ее в кабинет.

– Ну что, товарищ фельдшер, ситуация, я вижу, вышла из-под контроля. Не время ли для чрезвычайных мер?

Младший милиционер выглядел изнуренным, но в лице его чувствовалась какая-то хитринка.

Настя наклонила голову, пытаясь понять, к чему ведет парень.

– В общем, Насть, я о том, что по законам военного времени пора бы нам раскулачить немного хуторян… Ты ж сама видела, у них упаковок антибиотиков как у дурака фантиков. И еды столько, что рожи салом заплывают, пока у нас тут голод и холера.

Настя устало опустилась за стол, машинально поправляя грязный, белый халат. Девушке даже не верилось, что этот разговор действительно имеет место быть.

– Ты что, воровать предлагаешь?

– Я не говорю воровать, я говорю реквизировать надо. Дернуть у них немного лекарств и еды, как раз до лета чтоб продержаться, летом уже можно и на подножном корме до осени доползти, а там и урожай. Жену Невзора видела? Ну, Яну, которой шестнадцатый год сейчас идет? Она из наших, из поселковых, старикашка её в позапрошлом году в жены взял у Михайловых, когда те долг за продукты заплатить не смогли. Я с ней двумя словами успел перекинуться, пока ты упыря того лечила. Девочка подслушала вещь одну: хуторские еду, лекарства, все в церкви, вроде как, прячут, чтоб подальше от чужих глаз было. Пробраться б нам с тобой туда… А то я бы и сам реквизицией занялся, чтоб тебя не впутывать, да в лекарствах не разбираюсь ведь.

Повисло молчание. Девушка долго смотрела на сидящего перед ней младшего милиционера.

– Знаешь, Степ, я ведь думала, что ты другой… – то ли грустно, то ли разочарованно выдохнула она. – Я же потому с тобой и общалась… А ты как все остальные. Такой же вор. Были у меня уже бандиты в жизни, и повторять опыт я не собираюсь.