Онлайн книга «Пусть всегда будет атом»
|
Подручные один за другим подбегали к броневику Графини, делая донесения. – Тарен Саидов предлагает сдаться! Гарантирует жизнь! – Пошлите его к черту, и предложите сдаться ему! Поднять знамя и играть музыку! – Тарен Саидов предлагает деньги! – Так возьмем же их с его трупа! – Их солдаты прут отовсюду! У нас уйма убитых, а в баррикадах бреши! – Отлично! Заложить бреши трупами и продолжать отстреливаться! – Три из семи пулеметов разбито! – Ну, так не все же? Продолжать стрелять! – Люди Саидова идут на нас с тыла! – Так исправьте это и положите их всех!!! – К пулеметам осталось по пол ленты патронов! К автоматам по одному рожку! Что делать? – Как что? Подпустить ближе! А как кончатся патроны, возьмемся за штыки! – Они идут! – Подпустить ближе! Не тратить пуль! – Ближе! – Ближе! – Пора! Пулеметы ударили прямо в зрительный зал, и банда Графини, сверкая штыками, кинулась вперед. Свет над сценой погас. Щелкнул одинокий прожектор, высвечивая броневик. Графиня полусидела, опираясь спиной о закопченную башню и зажимая живот руками. Тарен Саидов, в изодранной одежде привалился к колесу, тщетно пытаясь забинтовать бедро. – Шальная пуля, не могу я встать… Все зря… – Барон поднял голову смотря на Графиню. – Зачем ты помешала мне восстановить пути? Я был готов с тобой договориться. – Не все пути восстановить возможно. А наши точно нет, барон. – Как глупо нам здесь умирать. Тебе и мне. А ты могла бы просто денег взять. Что, Графа своего ты так любила? Графиня мучительно улыбнулась. – Увы, барон, я деньги только отнимаю, за них не продаюсь я никогда. А Граф… Ты за него заплатишь мне сполна. Тарен Саидов засмеялся, кашляя: – Давай, стреляй. Иль думаешь, что пулей напугаешь? – Пулей? Ну что ты. Не мне тебя судить, судить тебя другим. И суд тот будет самым честным. Взгляни туда – твои рабы уж разбивают двери у вагонов. Взгляни – они идут. Взгляни последний раз. Взгляни – на их глаза. Свет над сценой погас. Раздался топот ног, перешедший в крики барона, сменившиеся его протяжным воем. Когда свет вернулся, рядом с колесом бронеавтомобиля осталось лишь кровавое пятно, да лоскуты одежды. За кулисами раздался шум мотора. На театральную сцену с рычанием выехал самый настоящий УАЗик, из которого спешно вылезли Буревестник и Искра, в сопровождении Ники и Кипяткова. Вслед за ними с топотом и гомоном вырвались из-за кулис ополченцы. Буревестник и Искра аккуратно сняли девушку с броневика и та, тяжело закашлявшись, рассматривая людей перед ней. – Давным-давно, в плену, в стенах подвала, мечтала я лишь только об одном: на звезды перед смертью посмотреть, – Графиня тяжело усмехнулась, смотря на их фуражки. – Не ожидала я, что красными те будут. – Не время умирать! – Буревестник попытался зажать рану Графини ватой. – Проклятье! Сколько крови! Держись! Врачи спасут тебя! Графиня лишь рассмеялась через боль. – Не ври мне командир, я слышу звон лопат, мне яму роют среди поля, я слышу голос пил и стуки молотков, мне ладят гроб… Как быстро жизнь прошла, один короткий миг и вот уже споткнулась о могилу… Революционер обнял бандитку, аккуратно приподнимая ее голову. Слова его сперва неторопливые, посыпались речитативом. – Лопат удары, стуки молотков, визг пил доносит ветер не отсюда. То за рекой Краснознаменный строят, из пепла город снова возводя. Где дом один сгорел, теперь построят два. – Звучит как сказка, дальше будет что? – Пути потянутся из города того, и словно нити разойдутся, соединяя вместе города страны. – Какой страны… Все страны уж мертвы. А мира нет, лежат кругом лишь острые его осколки… – И что? И пусть! Лежат осколки? То не страшно! Мертва страна, зато жива идея и в пламени ее скуем мы снова мир. Ты слушаешь? Графиня слабо улыбнулась и чуть сжала руку Буревестника. – Я слушаю, тебя. Занавес упал. А затем зал нового, недавно возведенного театра взорвался аплодисментами: зрители хлопали стоя. Вышли на сцену Искра в своем золотом парике, строгий Буревестник, Тарен Саидов в белом шелковом халате и Ахмед-Булат с наклеенной бородой и усами, Семен Афанасьевич, Пашка, Витька и Эдик, Граф в бархатной куртке и обнимающая его Графиня в красном платье и черной бандитской кожанке, и конечно жиган Гришка из первого действия. Взявшись за руки они вышли на поклон, а затем еще раз и еще, и еще. |