Онлайн книга «Сердце жаворонка»
|
– Гадалкой? – Тут губернатор не смог промолчать. – Это интересно, очень интересно! – Но на поверку оказалось, что она не только мелочная торговка и гадалка, а еще и скупщица краденого… – Вот как! – воскликнул Протопопов, но тут же, без паузы, спросил: – И какое отношение это имеет к лже-Топазо? – Самое прямое, но, если позволите, обо всем по порядку… – Да, да, прошу прощения, не удержался, продолжайте, я – молчание! – Так вот, скупала она не что-нибудь, а ворованное приисковое золото и драгоценные камни… – Ах, как хотелось губернатору сказать, как хотелось возмутиться, но, следуя своему же запрету, он не проронил ни слова, только лицо его мучительно, словно не хватало ему воздуха, набрякло. А начальник сыскной тем временем продолжал: – И найдено у нее было и золота, и каменьев, и ассигнаций большое количество, может быть, на сотню тысяч рублей, а может, и больше! Его превосходительство только пучил глаза и, точно конь в новой узде, мотал головой. – Ну так вот, – продолжал Фома Фомич, – у Скобликовой нет родственников, значит, все изъятое должно быть передано в пользу казны. Но тут возник казус. В сыскную полицию явился адвокат Воскобойник и предъявил оставленное Скобликовой завещание… После этих слов губернатор не сдержался: – И на кого было составлено завещание? – Лицо его вопросительно вытянулось. – На Таробеевский женский монастырь, он расположен здесь недалеко… – Так! – кивнул Протопопов. – И на Шивцева Григория. – На лже-Топазо? – Тогда мы еще не знали, что это лже-Топазо. Итак, этот след, я имею в виду завещание и упомянутых в нем наследников, привел нас к матуш– ке Ирине – настоятельнице Таробеевского монастыря. Я имел с ней беседу, и вот что она мне рассказала… Дальше начальник сыскной передал губернатору содержание беседы с настоятельницей. Его превосходительство кивал, округлял глаза, мотал головой, в общем, всем своим видом показывал крайнее удивление, а в конце рассказа спросил: – Но все равно я не понимаю, почему вы решили, что Григорий Шивцев – это лже-Топазо? – Когда мальчик Григорий пребывал в монастыре, у него обнаружилась одна особенность… – Какая? – У него не росли ногти ни на руках, ни на ногах, – сказал фон Шпинне и, показывая губернатору, собрал пальцы в щепоти. – А разве такое вообще может быть? – не поверил Протопопов. – Может! – кивнул полковник. – В этом меня заверил доктор Викентьев, который, кстати, и указал после осмотра тела лже-Топазо, что у того не росли ногти и на руках и на ногах. – А может быть, это просто совпадение… – начал Петр Михайлович, но сам же себя и оборвал: – Да нет, что я такое говорю, какое, к черту, совпадение? Я так понимаю, подобное отклонение… – Болезнь! – поправил его начальник сыскной. – Такая болезнь – штука очень редкая? – Вы правильно понимаете, – сказал фон Шпинне. – Конечно, можно допустить и совпадение, но это очень маловероятно. – Он отрицательно повел головой из стороны в сторону. – Однако для того, чтобы полностью быть уверенными, мы предъявим тело лже-Топазо свидетелю… – У вас есть свидетель? – Губернатор выбрался из-за стола и принялся расхаживать по кабинету. Начищенные до блеска сапоги едва слышно поскрипывали, их можно было бы назвать «а-ля Суворов», только без вырезов и кисточек. – И кто это? |