Книга Грелка #2, страница 5 – Олег Ефремов

— Хорошо, что зашла, благословляю тебя вернуться живой и здоровой, ведь кто будет ухаживать за мутировшими растениями?

— А что с ними не так? Они же плоды дали, должны увянуть, это же кабачки с патиссонами? — какие еще овощи через два месяца будут меня ждать?

— Это ты им расскажи, пришлось отдать целую комнату на проживание. Они теперь сами себя высаживают и продолжают размножаться. Если бы могли ходить, то захватили бы весь мир, — она, представив такую картинку, рассмеялась. — Охраняют новые побеги, не впускают, кроме меня, никого из учеников. Так что поливать и собирать урожай будет некому, если поеду с вами.

«Она сейчас серьезно хотела поехать на фронт? И чем бы там занимался селекционер по растениям и животным?»

— Будем здесь выращивать плесень на хлебе и микроорганизмы в пиве, отправляя на фронт партиями. Обговорили с ректором новые знания и решили поставить лекарство на поток, — а нет, она очень даже пригодилась бы на фронте. Ведь пенициллина и тетрациклина действительно нужно в больших количествах.

— Это реально поможет целителям спасать раненых. Хотелось бы получить совет от вас, как от наставницы, — она умная и опытная женщина, которая знает намного больше об этом мире и войне.

— Не бойся экспериментировать, на всём, до чего дотянешься. И если будут ошибки на солдатах при лечении, война все спишет, но ты за эти два месяца сможешь прогрессировать в исцеление так, как не получится за два года здесь.

Всего ожидала от Ингрид, но вот такого напутствия — нет. Хотя в ее генах живет тот еще экспериментатор и любопытный человек. А ведь и вправду, это время нужно использовать на все двести процентов. Работать на износ, развивая свой дар и помогаю отечеству. Только две недели назад стала свободным человеком, и терять свою независимость не хочется. Поэтому наша страна должна будет победить во что бы то ни стало.

* * *

Не забываем добавить книгу в библиотеку для отслеживания новых глав:

https://author.today/work/283877

Утро было хмурым и пасмурным, по небу тянулись свинцовые облака, намекающие на дождь. Во дворе академии собирались ученики старших курсов, в основном парни, гарцующие на собственных конях, в военной форме. И мы, целители, которые одиноко стояли маленькими группами возле своих пожитков, сложенных в общую кучу. Картина была с точностью наоборот, среди нас было много девушек, как раз перед которыми и щеголяли будущие вояки. Родственников во двор не пускали, они за воротами ожидали нашей отправки на фронт. Северный ветер налетал и заставлял плотнее кутаться в кофту, которую вчера приобрела по случаю. Пришлось долго мотаться по рынку и магазинам, скупая то, что точно понадобится в первую очередь, ну и то, что во-вторую, в-третью и четвертую очередь. Теперь у меня личных вещей прибавилось, и этот факт, отчасти грел мою душу.

— Что-то нас мало собралось, многие аристократы решили не отправлять своих отпрысков на войну, — подметил Игорь, пересчитав находившихся по головам. Это очевидно, узнав вчера новость, многие любящие родители оббивали с утра двери различных ведомств, поднимали связи, платили деньги, чтобы изменить решение и обезопасить судьбу своего потомка. Я их понимаю, наверное, также поступила, если бы имела детей. Но здесь мне восемнадцать, а не тридцать шесть, и вся жизнь еще впереди. — Нам бы найти навес, скоро ливанет, а сборы скорее всего растянутся до обеда.