Онлайн книга «Хроники закрытого города»
|
– Да не крути ты его, окаянная! Чай, не захлебнётся ужо, – проскрипел старческий бас. – Почём знать. Вон из него по сей час течёт, – обиженно пискнула девчонка. – Утякло уж всё, а енто так, трохи. – Так он и трохами могёт… – Уймись, егоза! Жив твой топляк! – сурово гаркнул папаша, и девчонка притихла. – Где я? – едва шевеля сухими губами, просипел Максим. – В Гатчине ты, в нашей хате. Я хваталки твои заприметила, да батька вытянул. – Спа… – начал было парнишка, да сознание его решило иначе. Подхватило, закружило и унесло в приятное забытьё. *** Следующее пробуждение было столь же внезапным. Вокруг стояла звенящая тишина, ни звука, ни шороха, лишь тяжёлое дыхание с натужным сипом рвалось из груди. Распахнув глаза, Максим долго таращил их, но так ничего и не увидел. Густая тьма ворочалась и дышала, давила на уши, вызывала мурашки на липкой от холодного пота коже. – Пить… – Сухие губы треснули, и из крошечных ранок выступила сукровица. – Пить, – повторил он, медленно проваливаясь в бездонную хмарь. – Сейчас, сейчас. – Губ коснулась прохладная влага, и рассудок облегчённо померк. Сколько раз порывался он к жизни, того сам Бог не ведает, во всяком случае, Максим не считал. Но вот пришёл час, когда сознаниеего прояснилось окончательно. В хате было тихо. Подняв слабые веки, Максим уставился на низенький потолок, а точнее, на серебряный шар, заменяющий в горнице лампочку. Хотя он больше походил на ёлочную игрушку, сомнения у парня всё-таки были. Ну зачем вешать на потолок новогоднее украшение? Причём не гирлянду, а шар? Странно всё. Жутко хотелось пить, и, превозмогая головокружение, Максим опасливо приподнялся. Хозяев нигде не было видно. Комнатушка оказалась очень маленькой, скромно обставленной. Лишь две лавки у срубленных стен и, видимо, стол, на котором он и лежал. Ни кроватей, ни стульев, ни окон. Странный домишко. Само помещение было узким и вытянутым, а заканчивалось в тупичке глухой дверью. Где ж искать воду… Тихо скрипнула половица, и парень испуганно дёрнулся. Растерянно обернулся и утонул в озорной синеве чужих глаз. Глупо хлопая ресницами, Максим пытался понять, где же минуту назад скрывалась девчонка. Да тут просто негде спрятаться. Не под лавкой же, в самом деле? – Чего уставился? – пискнула та, сверкая глазищами. – Али боишься меня? – Ещё чего удумала. С чего это мне бояться какую-то пигалицу? – выпрямив спину, расхорохорился парень. – А с того, что у тебя по лику страх плещется, да по всей хате летает. Не боись, водяной, не кусаюсь я, – и, откинув за спину длинную косу, заговорщически прошептала: – Только если попросишь. И, приблизив точёное личико ближе к Максиму, громко клацнула жемчужными зубками. От неожиданности тот отшатнулся и неловко грохнулся на пол. Хитрая лиса залилась громким смехом. Дверь тихонько скрипнула, и в горницу молодецким шагом ступил мужик. Могучий, широкоплечий медведь, весь белый, как лунь, и девчонка такая же. Голубые глаза хозяина походили на хитрые щелки, а белёсые усы забавно топорщились над доброй улыбкой. – А ну, егоза, принеси ключевой гостю да поторапливайся. Недовольно зыркнув на мужика, девица капризно фыркнула, махнула подолом цветастого сарафана и с гордо вскинутым носом скрылась за дверью. Присев на лавку напротив Максима, хозяин хмыкнул: |