Книга Вианн, страница 104 – Джоанн Харрис

Эвкалиптовый дым рассеялся, оставив после себя блеклый, больничный запах. Мои движения нарушили контур круга. Две свечи погасли; из открытой двери тянет сквозняком.

Я подняла взгляд и поежилась от внезапного холода. Стефан стоял в дверном проеме. В мерцании свечей его лицо было желтым, как хеллоуинская тыква.

– Извини, что побеспокоил, – сказал он. – Я искал Помпонетт.

Я убрала карты в шкатулку и поднялась с пола. Это становится все сложнее, моя беременность начинает сказываться. Внезапно я осознала, что стою босиком, одетая лишь в ночную сорочку. Я сдернула одно из одеял с кровати и замоталась в него. Помпонетт не было ни на коврике, ни на ее обычном месте под кроватью.

– Наверное, пошла прогуляться, – предположила я. – Вот увидишь, к утру она вернется.

Стефан немного помялся.

– Можно я немного посижу у тебя? Я плохо сплю в последнее время.

– Конечно.

Я протянула ему второе одеяло.

– Приготовить тебе шоколад? Мне помогает, если не спится.

Он горько улыбнулся беззубым ртом.

– Тебя послушать, так шоколад помогает от всего.

– Нет, но он горячий, а ночь холодная.

– Ладно. Сдаюсь.

Я надела тапочки и отправилась на кухню готовить шоколад. Семидесятипроцентный кувертюр с цельным молоком, сахаром, тертым мускатным орехом, семенами ванили и надрезанным – чтобы передать свой жар молоку – стручком чили сорта «птичий глаз». Настаивать минуту-другую. Пить из чашки с цветочным рисунком. Смотреть, как вьется струйка пара в отблесках свечей, как лицо Стефана становится безмятежным, а морщинки вокруг рта понемногу разглаживаются. Слушать, как ветер причитает за окном, словно голос моей матери.

Виан. Опомнись, Виан.

Но новый голос во мне звучит громче. Наверное, это голос Вианн, которая целую вечность ждала за кулисами, Вианн, которая выбирает собственный путь и берет судьбу в свои руки. И голос этой Вианн зовет: иди ко мне.

Иди ко мне. Дай мне силу.

5

1 ноября 1993 года

День Всех Святых, и колокола Bonne Mère радостно звонят в честь праздника. С северо-востока дует холодный ветер, обещая принести снег из степей, и люди, которые редко ходят на мессу, нарядились в свои лучшие зимние одежды. Множество туристов, нейлоновые рюкзаки и камеры мелькают среди меховых воротников и кашемировых шарфов. Осеннее солнце сегодня не греет; Дева и ее младенец сияют над городом в блеске золота.

На ступенях Холма Стефан раздает листовки с рекламой магазина, а я – образцы шоколада, темного, молочного и белого (который, строго говоря, не шоколад,а какао-масло с сахаром), и мы рассказываем людям о нашем торжественном открытии. Мое последнее творение стоит на столике с подарочными саше: фигурка Доброй Матери из семидесятипроцентного кувертюра с сыном на руках. Тонкие детали лика и венца подчеркнуты более светлым оттенком. Я еще только учусь делать формы, но результат мне нравится. Ги отметил, что у меня легкая рука и я без труда переняла его технику и внесла в нее что-то свое.

– Эта фигурка не продается, – повторяю я, раздавая образцы. – Но когда мы откроемся, вы сможете купить такие же фигурки и множество рождественских сладостей. Приходите к нам четвертого декабря на торжественное открытие с бесплатными подарками и сюрпризами!

Сегодня мы раздали две сотни листовок и все мои образцы.