Книга Взгляд хищника, страница 133 – Оксана Заугольная

Полина с ужасом захлопнула рот, но Олеся лишь дёрнула щекой, словно у неё случился кратковременный тик.

– Я пойду, – произнесла она сухо. – Не думай, что я закончила. Я докажу, что ты не права, Поля. Ты мне стала близкой. Но сейчас у меня важная встреча.

Она поднялась.

– Надеюсь, в следующий раз ты не станешь кидаться оскорблениями, – добавила она.

– Надеюсь, ты тоже, – снова не удержалась Полина, следуя за Олесей в прихожую. – Мы ведь можем просто не обсуждать мою семейную жизнь, верно?

Олеся уже надела сапоги и поправляла свой пятничный берет. В пятницу всё должно напоминать о конце недели – так она говорила обычно Полине. Полина же не понимала, как черный берет должен это делать.

«Темнее всего перед рассветом, – смеялась на это Олеся. – Неужто ни разу не слышала?»

Олеся ушла меньше чем час назад, а Полина уже начала жалеть о том, что наговорила ей. Она же много лет терпела примерно такое же отношение от Светы и до сих пор жалела о разрыве дружбы именно с ней, верно? Вот и Олеся такая же. Переживает за неё, потому что не понимает. И никогда не поймёт. Это будет та тема, которую они просто не должны никогда обсуждать. Просто поговорят серьёзно об этом и не будут обсуждать.

Полина успокоилась, помыла кружки, тщательно вытерла стол и пол – ей показалось, что слишком много крошек скопилось под той частью стола, где сидела она сама.

Потом вспомнила про впопыхах убранную комнату. Сменила рубашку – и пусть рукав давно высох, но она-то знает! Вытерла стол и пол теперь в комнате и наконец уселась за работу. Но вникнуть в текст никак не получалось.

Хотелось поговорить с Олесей прямо сейчас. Убедиться, что та не обиделась слишком сильно, и они увидятся завтра на йоге, и всё будет снова нормально. Полина помнила, что она так же переживала после первой ссоры с мужем. А потом тот сделал вид, что ничего не случилось, и она с облегчением выдохнула. Вот и сейчас ей было страшно, но она надеялась, что получится не хуже. Просто завтра они обе положат свои коврики рядом и будут болтать как ни в чём не бывало.

Полина поднялась и прошлась по квартире, привычно выглянула в щель между шторами. Всё ещё никого. Дождь, мелкий и противный, заставлял сидеть дома всех, кому не нужно было идти на работу или с работы.

Она снова села за стол и уставилась в документ. Если бы она сообразила взять номер Олеси! Можно было бы позвонить хоть со стационарного и извиниться. Но она долго делала вид, что записывает номер или даёт свой, а потом Олеся её спрашивала, почему она не берет трубку… после признания Полины о том, что с ней случилось, всё объяснить стало проще, и Полина больше могла не врать, просто призналась, что не пользуется телефоном. И точка. Олеся восприняла это лучше, чем можно было ожидать. Но теперь что делать, как сообщить Олесе о том, как она сожалеет?

Полина прекрасно понимала, что полдня ничего не решают. Завтра утром она всё скажет лично. Лично ведь лучше, чем позвонить, верно?

Когда позвонил домашний телефон, Полина вскочила, больно ударившись ногой о столешницу, но даже не заметила этого. Она решила, что у Олеси возникли такие же мысли и она созрела позвонить и извиниться прямо сейчас. А Полина извинится в ответ!

И Полина впервые за долгое время схватила трубку и поднесла к уху.