Онлайн книга «Паучье княжество»
|
Ох, и они со своей задачей справлялись прекрасно. Чуть опустив светильник, Анфиса повела под лестницу. Под лестницу, где в свете лампы проступили очертания маленькой двери, похожей на чуланную. Маришка не видела, как слегка вытянулись лица Саяры и Варвары. Но так ничего и не сказав, те послушно последовали за Анфисой. Прямо туда. Прямо внутрь. – Остановитесь! – снова закричала Маришка. И Саяра зашипела в ответ что-то совсем нецензурное. Бранное. «Зачем она ведёт нас туда?!» – у Ковальчик из глаз заструились слёзы. Но никто не обращал на неё внимания. – Мы просто идём мыться, полоумная ты гусыня! – цедила сквозь зубы Варвара, вероятно, теряя силы, удерживая неистово бьющуюся приютскую. – Угомонись, ради Всевышних! Да что с тобой такое?! Служанка открыла дверь. Старые петли плаксиво скрипнули. Анфиса отошла назад, безмолвно пропуская подопечных вперёд. «Неужели вы не понимаете?! Неужели не понимаете?» – Ковальчик хотелось выть от бессилия. Выдрессированные правилами казённого дома, другие две воспитанницы силком затащили Маришку внутрь. За неприметной дверью, вопреки ожиданиям, оказался совсем не чулан, а тесная коморка с лестницей. Лестницей, устремившейся куда-то далеко вниз – в черноту. «Прямиком к мертвецам!» Темнота внизу была такой непроглядной, что казалось, ступени ведут в сам Навий сад. – Купальня внизу? – спросила Варвара. И впервые на Маришкиной памяти прозвучал он совсем не уверенно. «Ох, неужели, тупая твоя голова?!» Варвара никому никогда не позволяла думать, будто бы она может чего-то бояться. В любой другой ситуации Маришка торжествовала бы. Но не в этой. Приютская снова дёрнулась, но, вмиг спохватившись, Варвара усилила хватку, ослабевшую от внезапной растерянности. – А где ещё ей прикажете быть? – раздражённо откликнулась Анфиса. – В твоей опочивальне, боярыня? Служанка снова оказалась во главе процессии и, подняв выше светильник, принялась спускаться. Саяра с Варварой быстро переглянулись. Создавалось впечатление, будто особенно-то им не хотелось идти вниз. И всё же стоило Анфисе раздражённо цокнуть, как они, словно ярмарочные крысы, безмолвно и послушно последовали за ней. Не выпустив из своей цепкой хватки Маришки. В их лицах, на которых плясали тени от тусклой лампы служанки, Маришка бы сумела углядеть пристыженное смятение. Если бы, конечно, вообще смогла хоть что-то разобрать в распадающейся на части от страха картинке перед глазами. Лестница оказалась не такой уж и длинной. Ступени быстро кончились, и перед ними предстал узкий ход. «Это подвалы!» – пронеслось в голове, и Ковальчик… перестала дышать. Кто-то, быть может, то была Настя, ей говорил как-то, что в богатых домах почти всегда есть подвалы, а в иных – целые подземелья. Там обыкновенно хранятся зерно или масло. Но поговаривали, что некоторые из господ держат там неугодных крестьян. Мучают голодом, а то и телесными пытками. «Здесь умирали!» – мысль была такой ясной, будто бы кто-то стоявший совсем рядом шепнул её прямо в ухо. В этом доме мучили. Мучили и убивали. В этих самых подвалах. «Вот откуда взялись нечестивые твари. Вот откуда они взялись!» Маришке захотелось рыдать. Подол платья подрагивал – настолько сильно тряслись в карманах руки. «Неужели нас бросят здесь? Оставят в наказание без еды и света? Она знает, – по щекам всё скользили и скользили слёзы. – Драная Анфиса! Она знает, не может не знать». |