Онлайн книга «Поцелуй Зимы»
|
Тот преспокойно сделал глоток. – А вот напрасно вы, кстати. Зеленый и правда вкусный. Хотя это все ароматизатор, конечно… М-да. Я знал, что в мире творится неладное. Что какая-то большая сила ищет сосуд, чтобы выплеснуться. – И пришел показать ей, как это лучше сделать, – мрачно подсказала я. – Обижаешь, моя радость! – Прости. Конечно. Ты просто соскучился и заглянул на огонек. – А почему нет? Может, я волновался после того, как ты исчезла на три года со своим красавчиком. – Антон напрягся, и я мысленно пожелала Лестеру врезаться мизинцем во все уголки тумбочек, которые есть в этой квартире. – Представь, я переживал о тебе! – Ну и зашел бы на минутку! Но ты остался на всю ночь. – Чтобы помочь тебе! Если помнишь, я сам чуть не… – Он перевел дыхание. – Имей в виду, я не пошутил про пять минут. После того как эта добрая старушка меня чуть не прикончила, мне вообще все тяжело дается. Я даже не знаю, останется ли у тебя голос. И тебе свое волшебство советую расходовать с умом. У тебя и так его… – Хельгу ведь убили не в квартире? – перебил Антон. Он стал похож на настоящего участкового – не хватало только складного блокнота для записи показаний. Лестер сделал нетерпеливый жест рукой, словно взмахнул платком. – Откуда я знаю где? Она появилась ночью, истекая кровью. – Просто появилась, и все? – Да. А ты где был в этот момент, господин телохранитель? Так они до утра не закончат. Я снова встала, разглаживая несуществующие складки на платье. – Лестер, скажи… Ты можешь оживить кого-то, кто очень глубоко заснул? Представить, что он проснулся? Лестер так внимательно посмотрел на меня из-под вздернутых бровей, что я почувствовала себя идиоткой. – Ты, похоже, не слышала, что я только что сказал, деточка. У меня сил не хватит даже вообразить тебе вкусное мороженое. А кого ты уже успела укокошить, позволь спросить? Я открыла было рот, чтобы ответить, но он вдруг расплылся в улыбке: – Смотри-ка, твоя мама пришла в себя. – Вкусный чай? – спросила мама. – Ой, что это? Вера, ты разлила? – Конечно, я, – пробурчала я под нос и, взяв кипу салфеток, залезла под стол. Дыхание начало сбиваться. В полной тишине я вытерла разлитый чай и поднялась. – Пойду переоденусь. Через минуту буду готова. Коротко кивнув Антону, я вышла в прохладный коридор. Дышать по-прежнему было тяжело, но я заставляла себя делать короткие мерные вздохи. Когда-нибудь этот момент должен был настать. Момент, когда Лестер не сможет исправить то, что я наделала. – Что за красавчик? – раздался за спиной голос Антона. Я ускорила шаг. Видимо, это и значит вырасти. Начать самой исправлять свои ошибки. * * * Моя комната напоминала музей. Ощущение было такое, будто только вчера я встала, заправила кровать, пристроила поверх одеяла красную подушку в виде сердца, собрала рюкзак и отправилась на дачу. До сих пор не верится, что мама так легко поверила байке про стажировку. Неужели она даже не искала меня, не пыталась связаться все эти три года? Я вздохнула. Смирись уже, Вера. Занавески закрывали окна на две трети, погружая комнату в прохладный полумрак. На столе и книгах лежал толстый слой пыли. Я перевернула одну – учебник истории за девятый класс. Из него вывалились знакомые старые фотокарточки, засушенные цветы, реклама литературных курсов и сложенный вдвое пробный вариант ЕГЭ по истории за 2009 год. Если закрыть глаза, можно было представить, что я живу нормальной жизнью: поступила в институт, хожу на пары, ношу необъятные толстовки и читаю «Грозовой перевал» на английском. |