Онлайн книга «Месть Осени»
|
Лицо ее было помятым. Казалось, это кожа у нее помятая и сухая, вся в заломах и трещинах. Милана от ее голоса заревела. Я начал ходить по кухне, попутно открыв форточку и окно. – Ну-ну-ну, Милаша. Ну-ка успокаивайся. Что это у нас тут? Смотри, какая птичка. – Я смутно понимал, что делаю. Никакой птички за окном не было. – Она все время плачет, – убито пожаловалась Фрося. – Все время. И… И… – Что? Она все-таки взяла сигарету, закурила, скривив рот, и с отвращением выпалила: – Она пахнет тобой! Я прижал нос к лобику дочки. Она пахла детской присыпкой и молоком. Кстати, о молоке. – Чем ты ее кормишь? – Чем надо. – Ясно. Я зашагал в комнату. Ничего, доча. И без мамаши твоей справимся. Я дурак был, когда упрашивал ее оставить тебя. Надо было забрать и заботиться самому. Кто угодно будет лучше такой мамки… Я уложил Милану на кровать и начал искать вещи, чтобы одеть ее. – Что ты делаешь? – Фрося стояла в дверях. Глаза опухшие, волосы патлами свисают вдоль лица. – Я ее забираю. – Куда? Она на грудном вскармливании. – Значит, куплю смесь. Милана снова заревела. Я открывал подряд все дверцы шкафа, но натыкался только на платья и белье. Да что ж такое! – Оставь ее. – Ты уж определись. Либо… – Я сказала, оставь! Когда я снова обернулся, Фрося сидела на корточках у кровати и всхлипывала, гладя Милану по голове. – Я не знаю, что мне делать, – забормотала она. – У меня ничего не осталось. Я восемь лет знала, что будет дальше. А теперь ничего. – Она затряслась. – С ней я хотя бы знаю, что будет завтра. Что-то во мне тогда эта картинка сломала. Зареванная краснощекая Милана, зареванная Фрося – одинаково несчастные, измученные, одинокие. Я опустился рядом с кроватью. Куда деть руки, не знал – то ли обнять Фросю, то ли снова взять Милану. – Хочешь, на время перееду к тебе? Я так-то умею с детьми обращаться немного. Мне восемнадцать было, когда мама Ваньку родила. Я потом сразу в армию ушел, но в побывках смотрел за ним. Что-то помню. А не вспомню, научусь. Я готов был сказать что угодно, лишь бы не чувствовать себя таким никчемным. Таким виноватым. Это же я с ней сотворил. Сначала сделал ребенка. Потом убедил оставить его. Устроил передачу силы… Фрося снова всхлипнула – громко, по-детски – и кивнула. Глава 14 Антон Мне снова снилась та усадьба. Снова я видел, как Вера летит вниз, прокручивал в голове за доли секунды действия: отбросить пистолет, раскинуть руки, успеть поймать ее, чтобы не ударилась спиной. Снова мы падали вместе на пол, и я прижимал ее к себе, успокаивающе гладил по макушке. Вера пыталась пошевелиться, но я не разомкнул рук. Одной обхватил ее за плечи, другой взял за волосы и слегка оттянул. – Антон… Во сне я знал, что она беспомощна. Знал, что ей больно. Но продолжал держать, вглядываясь в широко раскрытые глаза. – Что ты делаешь? Я перекатился, и она оказалась подо мной. Напряжение в ее измученном теле передалось мне – вряд ли в таком состоянии я был на что-то способен, но по инерции продолжал сжимать хрупкие плечи, ткнулся носом в ямку между ключицами, вдыхая свежий запах снега и талых вод. Пальцы на ее волосах разжались, но лишь затем, чтобы скользнуть вниз по шее с отчаянно пульсирующей жилкой. Вера забилась у меня в руках. – Отпусти!!! – Нет! |