Книга Как поймать монстра. Круг третий. Книга 1, страница 24 – Арина Цимеринг

— Да меня не волнует, — вздохнула Джемма. Лично у нее болело, тянуло и саднило, кажется, все, даже волосы. — Ты просто сидишь и… не трогаешь свой бок, черт, Кэйлуа!

Кэл рывком откинул спальные мешки. Футболку на него не надевали, так что Джемма сразу увидела широкую повязку, которую наложила после того, как закончила со швами. Крови на ней, слава богу, не появилось.

— Да что не та… Ты что делаешь! — взвилась Джемма, когда Кэл резкими сильными движениями принялся отрывать медицинский скотч. — Махелона, а ну-ка…

Но было поздно: тот сорвал повязку, оголяя живот. И Джемма заткнулась. Норман издал удивленный звук.

Раны не было. Да, была красная, немного воспаленная полоса и следы от стежков, но кожа уже загрубела, и кривоватые рубцы, шедшие от нижних ребер до бедра, казались плотными, зажившими. Джемма вытаращилась во все глаза: так выглядели раны на двадцатый, тридцатый день! Но не на второй!

Несколько секунд Кэл смотрел вниз, на то, что осталось от раны, которая чуть не лишила его жизни. А потом спросил только:

— Где Блайт?

* * *

Это ощущение пришло к нему не как мысль, а как странное потягивание где-то под ребрами, где должно быть солнечное сплетение или желудок.

Оно возникло сразу, как Кэл очнулся, и постепенно нарастало. Не голод и не боль — их бы он распознал без труда, — скорее, что-то, напоминающее… пустоту. Словно раньше у него был какой-то внутренний орган, о котором он даже не подозревал, — и затем Кэл проснулся без него, будто Джемма вырезала что-то, пока зашивала бок.

В дверях Кэл оказался первым — и первым его увидел.

Там, между прогнившими досками, в изношенном спальном мешке, в самом углу разваливающейся комнаты. Лицо обращено к стене, только затылок и виден, слипшиеся волосы, комок ткани под головой.

Воздух был таким ледяным, что дышать стало больно.

— Киаран! — протиснулся мимо примерзшего к месту Кэла Норман, неуклюже падая на колени рядом с чужой спиной. — Киаран, как ты?

Кэл не пошевелился, когда Норман дернул Киарана за плечо на себя. Не пошевелился и тогда, когда глаза Нормана расширились. Кэлу не требовалось смотреть: он знал, что тот увидел.

— Киа…

Джемма была второй, кто бросился к нему. Только когда она развернула Киарана на спину, Кэл заторможенно включился: сделал несколько шагов вперед, опустился рядом, но Джемма его оттолкнула.

— Я, — резко отбрила она. — Ты проломишь ребра.

И принялась за дело.

Ритм — не меньше ста десяти в минуту.

Вот же ирония, неуместно подумалось Кэлу: примерно как в песне «Оставайся живым». Тридцать компрессий. Выдерживай такт, как по метроному. Запрокинь голову, зажми нос, вдохни— и вдувай воздух в рот. Почти поцелуй, только со смертью в роли свидетеля.

Кэл не считал, сколько это продолжалось: его как будто загипнотизировал ритм этих повторений. Он наблюдал за руками Джеммы, за ее сосредоточенным лицом, за движением плеч и локтей. Не было ни горечи, ни сожалений, ни волнения. Но на лицо трупа, который пыталась реанимировать Джемма, он не смотрел.

— Дыши, — выругалась она, вбивая очередную серию компрессий в его грудь. — Давай, черт возьми, дыши!

Киаран был мертв — и Кэл знал это с того момента, как зашел в комнату.

Джемма продолжала. Ее движения все еще были отточенными, выверенными — но темп сбивался. Когда она перестала про себя считать, Кэл увидел это сразу:мышцы в ее плечах пошли на износ, дыхание начало срываться. Так бывает, когда осознаешь бессмысленность своих действий. Она сжимала грудную клетку ладонями, снова и снова, но Кэл видел — она уже все поняла.