Книга Как поймать монстра. Круг третий. Книга 1, страница 60 – Арина Цимеринг

Купер скрючился, согнулся, словно от невыносимой физической боли. Но Джемма не собиралась останавливаться, черта с два, пошел на хрен, только не в этот раз!

— Ты сам посадил себя в темницу из воспоминаний, закрыл дверь на замок, чтобы не встречаться с ним! — Она сорвалась на крик. — С этой мразью лицом к лицу! Ты сказал мне никогда не открывать эту хренову дверь! Просто! Чтобы! Не иметь дела! Со своим! Страхом!

Больно? Насколько больно? Настолько ли, чтобы заставить тебя очнуться?!

— И не смог! Опять! Снова не смог никому помочь, бедный Тедди Купер, верно?

— Я не собираюсь затыкаться. Я собираюсь, — она схватила его за плечо и дернула, заставляя распрямиться, — собираюсь тебя разбудить, мелкий ты говнюк. Понятно? Смотри на меня!

Окрик замер между ними, словно электричество в воздухе, сделав его густым. Купер с трудом преодолел его плотность: пока он поднимал голову, пронеслись декады и столетия.

Губы его дрожали.

Где-то далеко, за пределами этой комнаты, где-то в месте, о котором Джемма давно забыла, зародился… звук.

Это было не пение и не барабаны. Это был отдаленный… гул?

— Думаешь, ты особенный в своей боли? — яростно спросила Джемма, глядя ему в глаза. Злость прочищала голову, ложилась на язык чистым, незамутненным гневом, который словно бил Купера по лицу. — Мы все кого-то теряем. У каждого из нас есть трагедия, за которую мы себя ненавидим. О которой боимся думать. В каждом из нас столько, твою мать, боли, ты себе представить не можешь, ублюдок.

Ты думаешь, он просто так поет мне эту сраную песню?!

— Никто не становится охотником просто так. Никто не берет в руки оружие просто так. Никто не убивает просто так. Этим он, — Джемма ткнул пальцем в сторонудвери, туда, где все так же раздавалось зовущее «Тедди!», — и пользуется. Находит брешь в твоей душе и ковыряется в ней пальцами, проникает туда, словно яд. Убивает тебя твоей собственной болью и твоим собственным страхом. И это ты позволяешь ему делать с собой. Никто другой. Не закрывай глаза!

Гул усилился: нарастал вокруг, словно шел из ее головы, чужеродный и странный в этой голубой комнате. Дым добрался им почти до пояса.

— Да ты мастер жалких оправданий, верно? — Джемма дернула Купера за подбородок. — Ты трусливо сидишь здесь, испуганный, тонешь в ненависти к себе. Как ты всех подвел. Как обманул храбрую Джемму! Как завел своих товарищей в ловушку. Как не можешь больше ничем помочь Брайану. Я сказала, не закрывай глаза!

Держи их открытыми. Не обращай внимания на гул.

Смотри прямо на меня.

Смотри мне в глаза, Теодор Купер. Впервые за все это время, смотри мне прямо в глаза.

— Пока ты не выйдешь отсюда, ты и правда ничем ему не поможешь. Ты будешь продолжать спать, Купер. Хочешь просто торчать тут, в этой комнате, дожидаясь, пока мы все умрем, чтобы умереть последним? Ладно. Хорошо. Твое дело. Ты будешь сидеть в эпицентре собственной трагедии и чувствовать только, как обрываются ниточки: сначала я. Потом Брайан. Или наоборот. Какая разница, если все умрут, пока ты будешь медленно угасать здесь, верно?