Книга Как поймать монстра. Круг третий. Книга 1, страница 63 – Арина Цимеринг

Он замолчал, а Кэл завис над аптечкой. Это было…Спрашивая про Управление, он думал о том, как воспринимают Доу другие люди, а не он — сам себя.

Если честно, Кэл даже не задумывался, как о своем происхождении отзывается сам Доу.

— Я пообещал себе, что останусь человеком, — наконец сказал он.

Кэл не нашелся что ответить. Наверное, Джемма смогла бы сказать что-то в тему, а у Нормана нашлись бы слова… понимания, потому что Джемма всегда знала, что сказать, а Норман понимал всех, даже кого понять было невозможно. Кэл же здесь оказался бесполезен.

— Ты спросил, почему УНР допустило меня к работе.

Судя по звукам, Доу повернулся к Кэлу, а значит, хотел, чтобы его услышали. Поэтому Кэл, так и не расставаясь с аптечкой, перекинул ногу через бревно, чтобы встретить его взгляд. Доу выглядел на удивление… спокойным. По-настоящему спокойным. Уравновешенным.

— Репозиторий, в котором меня выращивали, — выращивали, повторил про себя Кэл, — относится к классу хранилищ «Левиафан». У него нет названия, только код: Эл-один-А.

И подкинул полено в костер. Кэл проводил его движение взглядом. Он ничего не знал о репозиториях, кроме того, что они существуют. Поговаривали, что это сеть особых хранилищ разной степени секретности, но никто ничего не знал наверняка. Только слухи. Доступ к такой информации был только у особых сотрудников Управления, может, директоров офисов.

Кэлу с его рангом даже названия «Левиафан» слышать не полагалось.

— В нем содержатся субъекты, — продолжил Доу, — которые попадают в руки УНР с рождения. Наиболее перспективные для… работы с ними.

— Субъекты? — все-таки спросил Кэл.

Доу вздернул брови.

— А кем, ты думаешь, я являюсь? — Он хмыкнул. — Я такой же субъект, как и любой монстр, на которого вы, ликвидаторы, обычно охотитесь. Если тебе интересно, мой класс угрозы — П.

«Объекты повышенной угрозы, — возник в голове Кэла заученный голос из протокола. — Представляют серьезную угрозу для людей, однако встреча с ними не всегда оканчивается летально. Нейтрализация объекта требует от агентов высоких навыков и большого опыта. К миссиям допускаются агенты третьего ранга и выше…»

Кэл никогда не думал о Сайласе Доу как о субъекте. Но, видимо, так тот думал о себе сам.

— Я вырос под надзором специалистов. — Доу перевел взгляд на костер. Он выглядел безразличным, когда говорил об этом, но Кэлу это безразличие внезапно показалось напускным. — Они бы не выпустили меня из бункера, если бы сомневались в том, что я абсолютно контролируем. Мне было девятнадцать.

— Ты девятнадцать лет провел под землей?

Доу проигнорировал его:

— Потом полгода жизни на базе в Огайо, чтобы оценить, как проходит адаптация. Затем — в офисе, где еще три года нужно отмечаться ежедневно. Плюс — еженедельные анализы, чтобы удостовериться, что…

Он не закончил, но Кэл все понял и так.

Отмечаться, чтобы наблюдать, не проявляет ли субъект агрессии. Анализы — чтобы удостовериться, что в его организме нет следов человеческой крови.

Кэл хотел бы сочувствовать, но не мог. Это были весьма здравые правила для кого-то, кто способен за один укус выпить поллитра человеческой крови.

— Затем поводок постепенно ослабляется. — Доу смог вернуть в голос равнодушие. — Сейчас я не прохожу проверок. Мне платят зарплату, как и вам. Могу снимать свое жилье. Плачу налоги. Имею поддельноесвидетельство о рождении, дипломы, поддельную кредитную историю. Работаю. Запреты и ограничения есть, но с ними можно жить.