Книга Кровь Дома Базаард, страница 112 – Дина Шинигамова

Су легко ввел Лиан в свою компанию – шапочное знакомство на балу уже не делало ее чужой, а расположение волка, их негласного лидера, сыграло решающую роль. Они приняли ее как еще одну хеску, чья жизненная история была несколько интереснее их, не акцентируя внимания на немоте и превращая человеческое происхождение не в табуированную тему, а в повод для дружеских подтруниваний. Лиан с удивлением поняла, что Икайя была права: хеску не переносили на детенышей отношения между кланами, и, хотя Пинит Минселло была готова стереть ее в порошок, Алимио Минселло, приходящаяся внучкой Владыке лисов, встретила Лиан с распростертыми объятиями. Она вообще оказалась самой улыбчивой и открытой из ребят, миниатюрная лисичка с копной медно-рыжих волос и задорными веснушками, рассыпанными по треугольному личику. Глядя на нее, Лиан будто видела Пинит – тот же цвет волос и глаз, хоть и не такой агрессивный оттенок, – но еще не озлобившуюся, не ставшую самой опасной женщиной Сат-Нарема.

Нималети, как выяснилось, была более сдержанна – сказывалось строгое воспитание журавлей – и, хотя по-своему тянулась к остальной компании, все равно сохраняла некоторую дистанцию,которая стиралась только по прошествии пары часов расслабленного дружеского общения, лишенного условностей и сложностей взаимодействия мира старших хеску, – тогда появлялась настоящая Нималети, вдумчивая, наблюдательная, отзывчивая и по-своему одинокая. Она нечасто упоминала ша-Каэру, похоже, единственного родственника, хоть как-то принимавшего участие в ее жизни, но каждый раз, когда имя Владыки слетало с карминовых губ, в темных глазах журавлицы загорался почти фанатичный огонь обожания.

Полной противоположностью ей оказалась Ти-ра-иль, при знакомстве окинувшая Лиан оценивающим взглядом. Ее брат поздоровался первым, выразительно глянув на оленицу: хоть все из присутствующих, кроме Су, относились к Высоким Домам, только Лиан являлась признанной наследницей, а потому стояла выше их. Близнецы, родные внуки главы клана, которую они называли просто Владыка Лань, не переставая грызлись из-за всего подряд, и Ти-ра-иль оказалась настоящей пороховой бочкой, заключенной в тело принцессы викингов, в то время как Ти-ку-энь уравновешивал ее холодной рассудительностью. Почти ровесники Лиан, они были выше ее на голову, и она подумала, что в человеческом мире обоих с руками бы оторвало любое модельное агентство. Тира, как коротко называла себя оленица, явно осознавала это.

– Наследница воронов, значит. – Уперев руки в бока, Ти-ра-иль, наклонив голову набок, оглядела Лиан. – Что ж, добро пожаловать. Что ты можешь предложить нашему элита-а-арному сообществу?

«Машину»,– Лиан назвала первое, что в свое время поразило и ее саму. Когда она несколько освоилась в Мараке, Тиор закрепил за ней Поро и числящийся за ним автомобиль.

Оленица на мгновение вскинула брови, а затем хмыкнула:

– Своя машина? Хорошо быть единственным потомком Дома?

Лиан посмотрела ей прямо в глаза, в миг посерьезнев:

«Да не сказала бы.

На несколько секунд повисло напряженное молчание, натянутое, как струна, и холодное, как осенний ветер.

– Тира, – рослый парень в красном сюртуке подошел ближе и положил широкую ладонь на плечо оленицы, которая, оглянувшись на него, как-то сразу присмирела. Он улыбнулся Лиан: – Вообще она не стерва.