Книга Кровь Дома Базаард, страница 303 – Дина Шинигамова

Несколько секунд Лиан просто смотрела на Каро.

«Зачем это тебе?»

– Пафос опустить? – ухмыльнулся тот немного нервно.

«Да».

– Тогда скажем, что я беспокоюсь о своей домовладелице.

Лиан вымученно хихикнула.

«Это будет мясорубка».

– Вместе мы ее переживем.

«Да я про Шиина».

Каро рассмеялся, чувствуя, как расслабляются сведенныеплечи. Ощущение, что жизнь обретает смысл, медленно подкрадывалось к нему.

Главное – взгляд и походка.

Так учила мать. То немногое, что точно им позволено. Повторяла раз за разом: «Ты многое не можешь сказать и многое не можешь сделать. Но ты должна идти так, чтобы перед тобой расступались, и смотреть так, чтобы они не смели поднять глаз».

Матери давно не было рядом, отец глубоко погряз в делах, став заложником своего положения – слишком высокого, чтобы затеряться среди служащих, но недостаточно значимого, чтобы иметь реальный вес.

Поэтому она уже много лет была предоставлена сама себе, окруженная шумными бестолковыми братьями, которым, казалось, все давалось в разы легче.

Она сама прокладывала себе путь вперед, к вниманию Владыки, – кулаками и лезвием като. Тренировалась до изнеможения, до того, что ритуальный клинок выпадал из сведенных пальцев, а онемевшие от усталости ноги подкашивались, и она падала лицом в траву.

Братья занимались шумно, яростно, воображая себя великими игроками прошлого и споря, кто сколько жертв принесет в первый год, обещая друг другу не знать пощады.

Она разрезала клинком воздух, краем уха слыша их споры, и не встревала в разговоры – от них сбивалось дыхание, и удар получался нечетким.

А Нималети нужно было стать лучшей из лучших.

Она знала, что Владыка Каэру не замечает ее – у него было больше двадцати внуков, – но намеревалась это исправить. Невзрачное положение отца – младшего из сыновей Владыки, так и не сумевшего обратить на себя внимание, – претило Нималети. Относящийся к Высокому Дому, он тем не менее не пользовался ни уважением, ни крохами влияния, и для ее матери, происходящей из влиятельной Старшей семьи, этот брак был наказанием за проявленное когда-то своеволие.

Владыка никогда не смотрел на Нималети. Он ее попросту не видел.

Однако другой взгляд она все же привлекла.

Мастер Шиин был сдержан и холоден. Ставя руки в правильную позицию мальчикам семьи, он поджимал губы и едва заметно вздыхал, следя за их тренировками. Их ученические сражения, сопровождаемые гвалтом и хохотом, не вызывали в нем ни интереса, ни азарта учителя, наблюдающего за становлением учеников.

Его холодность и отсутствие интереса к себе Нималети поначалу воспринимала так же, как невнимание всех остальных журавлей в Кашеро, – лишь еще одно свидетельство того,что она пустое место. Однако со временем, став чуть старше и начав различать оттенки эмоций и полутона смыслов, она поняла, что за отстраненностью мастера кроется что-то иное.

Однажды, раздосадованная вакуумом тишины, окружившим ее, Нималети не выдержала:

– Мастер Шиин? – Она опустила клинок к земле и коротко поклонилась, ожидая, когда наставник отвлечется от чтения нотаций братьям. – Почему вы никогда ничего не говорите мне? Почему не поправляете?

Взгляд холодных зелено-голубых глаз Дентари скользнул по ее лицу, по пальцам, вцепившимся в рукоять като. Губы его едва заметно дрогнули в подобии ухмылки.