Книга Кровь Дома Базаард, страница 440 – Дина Шинигамова

– Я докажу… – начал было Полто, но тут Пинит подняла на него тяжелый изумрудный взгляд.

– Никто. Не. Поверит, – произнесла она раздельно, и шакал понял, что так и будет. Он не знал как, но Минселло провернет это, и Липтрик понесет кару за то, чего не совершала. Будет расплачиваться за его ошибки – как всегда.

От бессилия хотелось выть.

– Как ты подделала мою печать? – проговорил он, будто из последнихсил цепляясь за свою честь. Будто это что-то могло изменить.

Пинит, вновь опустившая взгляд к документам, только плечом повела.

– Не разочаровывай меня больше, чем уже есть. Когда подделка чего-то была проблемой?

Полто постоял еще несколько мгновений, но лисица, казалось, совершенно забыла о его присутствии, и наконец он развернулся и направился к двери.

Слова ударили его в спину:

– Если вдруг вы оба наберетесь смелости поиграть в героев, просто учти, что за то время, пока Совет будет решать судьбу клана и искать новую правящую семью среди этого сброда, шакалам будет очень, очень плохо. Поверь. Ничто так не вредит клану, как внутренний хаос.

Владыка замер, опустил голову и вышел.

Возвращаясь к мосту – ему казалось, что пол Милитики обжигает ноги, пока он идет, – Полто вспоминал, как стоял там, нависнув над Пинит. Так близко. Почему он не протянул руку и не свернул ей шею? Полто не знал.

Бессильная ярость выжигала изнутри, и правитель шакалов спешил к родному Хитмини, как никогда прежде. Ему была отвратительна твердыня лисов, их Владыка, ее извращенная, жестокая логика, но больше – он сам. То унижение, которое он стерпел только что – и терпел уже восемь лет, не замечая того. Или делая вид, что не замечает.

Мост, ведущий в Хитмини, тонкий и какой-то болезненно узкий, вынырнул из тумана, и, ступив на него, Полто наконец позволил себе оглянуться. В глубине глаз жгли злые слезы, и Владыка втянул воздух через сцепленные зубы, пытаясь укротить бушующий внутри гнев.

Никто не считается ни с его кланом, ни с ним самим. Никто не верит в то, что слабые, позабытые старинными Домами хеску могут иметь значение или представлять собой угрозу.

Рука Полто опустилась в карман, пальцы сомкнулись вокруг картонного прямоугольника визитки Первого из койотов.

Дайте время, и вы пожалеете о своем небрежении.

Когда Пип велела Нит приготовить простое серое платье и плащ, горничная посмотрела на нее такими глазами, что Принцесса Волков не знала, смеяться ей или ругаться. Даже таэбу служанки будто все превратилось в один восклицательный знак недоумения и – показалось? – осуждения.

Не обращая внимания на выражение лица Нит, Пип продолжила:

– Сопровождать меня необязательно…

– Ну уж нет, шеру, – горничная, видимо, придя в себя от шока и вспомнив про служебные обязанности, выпятила подбородоки уперла руки в бока, – одна вы никуда не пойдете! Улицы там неспокойные, негоже шеру там шататься!

Пип сдержала улыбку: пусть Нит и позволила себе лишнего в таэбу, ей хватило сдержанности не проговаривать это вслух, а забота о госпоже и преданность ей были действительно трогательными.

– Хорошо. – Она кивнула. – Пойдешь, как всегда, в истинном облике.

Пип отвернулась, пытаясь сдержать пылающее радостью таэбу и прокравшуюся на губы улыбку. Нит слишком давно и слишком хорошо ее знала и наверняка много лет назад поняла то, в чем Пип напрямую не могла признаться даже самой себе. В конце концов, ни одна девушка из Высокого Дома не бегает на встречи с кем-то… просто так. Тем более тайком. Тем более на отдаленные улицы чужих кварталов.