Книга Кровь Дома Базаард, страница 56 – Дина Шинигамова

Икайя со стуком ставит на подоконник бокал, проводит пальцами по стеклу распахнутой створки, надеясь, что ее страх не отразился в таэбу.

– Я дам тебе официальное письмо, – вдруг произносит Тиор, и звук его голоса камнем разбивает благословение тишины. – Скажу, что ты выполняла мое прямое распоряжение.

Он разворачивается к ней; набежавшие на лицо Владыки тени скрывают морщины и седину в висках, молодят его, и Икайя вдруг с легкостью видит в этом Тиоре другого – еще не Владыку, еще только шибет с прямым серьезным взглядом, который с точно такой же уверенностью говорил: «Я не дам твоей семье пасть, обещаю».

И правда – не дал.

Традиции требовали, чтобы на балы и вечера приглашали всех девушек подходящего возраста, но положение семьи Сильтара было шатким из-за присутствия человеческой крови – кому-то захотелось занять их не слишком высокое, но и не низкое место в клановой иерархии. Для всех остальных отклонение кандидатуры в спутницы наследника клана было бы просто эпизодом в биографии, для Сильтара же неумолимо обращалось в еще один удар. Икайя никогда не была дурой и поняла, что ее вычеркнули до того, как это было официально пояснено. Она редко плакала, но в тот день, отделившись от веселого сборища молодежи, резвящейся в лесу у замка, убежала на четвертый этаж и на краткий миг дала волю слезам.

Базаарды никогда не афишировали уровень восприятия Тиора. Но его оказалось достаточно, чтобы он с улицы почувствовал бурю ее таэбу.

«Мы не заключим брачный союз, но я не дам твоей семье пасть, обещаю».

Икайя издали, молчаливо наблюдала за его становлением, восхождением. Сначала одного ее брата призвали на службу во внутренний Марак, затем второго. Это дало возможность самой Икайе заключить брачный союз более выгодный, чем все думали. Со временем на хорошие должности были приняты и ее сыновья. Семья Сильтара заняла не выдающееся, но прочное положение.

Тиор не забывал данных обещаний.

Поэтому он обратился к ней. Поэтому она ответила сразу, не раздумывая, едва дочитав последнюю строчку его письма.

Икайя моргает, прогоняя наваждение, прогоняя воспоминания. Она знает: письмо – максимум, что он может для нее сделать. Даже на краю бездны пытается защитить тех, за кого отвечает.

– Не нужно. – Она качает головой, чуть резче и сильнее, чем надо бы, и чувствует, как воротник касается убранных в безупречную прическу волос, тихо шурша. – Это был мой выбор, и я готова нести за него ответственность.

Тиор мгновение ждет, затем кивает и вновь разворачивается к окну.

Она никогда не была трусихой, не будет и сейчас.

Когда Тиор показал Икайе письмо Ухава, она поняла, насколько все сложно.Поняла, что Совет уженастроен против, не поняла только почему. Они с Тиором провели долгие часы, выстраивая стратегию, просчитывая возможные варианты, но внезапно поступившая новость, что шакалы готовятся заключить союз, лишь подчеркнула, насколько зыбки их теории.

Ледяная сиола обжигает язык, скатывается по горлу. Мелькает отдаленная мысль, что надо бы поспать хоть пару часов, иначе завтра из нее получится плохая поддержка, но завтра – впервые за месяц – кажется чем-то далеким.

Она снова прокручивает в голове распорядок дня: легкий завтрак, подготовка и сборы, она будет рядом, чтобы все проконтролировать, в Оухшикаф они поедут вместе. А там – будь что будет. В любом случае к следующему утру она уже вернется домой.