Книга Двери в полночь, страница 192 – Дина Шинигамова

— Но не он тут все разрушил.

— Неминуемый риск!

— Что мы у него подеремся?

— У него постоянно кто-нибудь дерется.

— Но не мы.

— Но не мы.

— Дадим денег?

— Отстегнем.

— Из нашего бюджета?

— Из городского, — Шеф сделал долгий глоток из единственной уцелевшейкружки и передал ее Оскару. — Из башни Газпрома.

От «Баньши» мало что осталось. То, что трактир был почти полностью деревянным, сыграло ему плохую службу — камень бы выдержал удары, но дерево разлетелось в щепки. Сейчас он был почти полностью уничтожен: мебель разбита на куски, люстра с оборванными цепями валялась на полу, вместо стен виднелась спрессованная за долгие годы земля, на месте пола тоже проглядывал чернозем.

Шеф, опершись об обломки стойки, задумчиво оглядывал дело рук своих — ну и Оскара.

— Знаешь, надо это почаще повторять, — задумчиво протянул он, — как-то поразмяться все-таки.

Оскар гулко хмыкнул в кружку.

— Трактиров не наберемся.

— Да нет, зачем, — Шеф кивнул в сторону разбитого задника, где раньше стоял частокол бутылок. Оскар кивнул, перемахнул завалы битого дерева и, порывшись пару минут, выудил оттуда каким-то чудом уцелевшую бутылку. — Можно и в спортзале.

— Ага, представляешь, — Оскар с трудом вглядывался в этикетку, — сколько народа соберется посмотреть, как начальники друг друга мутузят!

— До черта, — Шеф ухмыльнулся, — но ты только представь их лица!

Оба рассмеялись — немного натянуто.

Оборотень зубами вытащил запечатанную пробку, плюнул и наполнил кружку. Шеферель смотрел на него невидящим взглядом.

— Ты что, правда хотел уйти от меня?

Рука оборотня замерла. Он медленно опустил бутыль на стол и нахмурился.

— Шеф, я...

— Ты не помнишь, как все начиналось? — тот повернулся к нему и подался чуть вперед. — Не помнишь, как мы встретились?

— Разве такое забудешь, — вздохнул Оскар и опустил взгляд на бутылку. — Я бы хотел. Не получается.

Шеф понимающе кивнул.

— Если бы не ты, я бы пропал тогда, — проговорил оборотень, — это сейчас можно как-то спастись, скрыться... А тогда меня ждал путь на костер.

— Я во время тебе попался, — невесело ухмыльнулся Шеферель, пододвигая к себе кружку.

— Не устаю благодарить за это бога.

— Лучше не бога, а меня, — Шеф по привычке шутил даже в самых тяжелых ситуациях. Он сделал глоток и закашлялся. — Что за гадость? Дай-ка почитать... О, на мухоморах, отлично!

— А что, — глаза оборотня лукаво блеснули, — викинги пили и не жаловались.

— Викинги были вот, — Шеферельвыразительно постучал по остаткам стойки, — вот что твой дуб.

Оба замолчали.

— Я обязан тебе жизнью, — тихо сказал Оскар. Он повернулся и посмотрел на Шефереля. — Ты спас меня. И я поклялся вечно служить тебе.

— Вы, испанцы, такие церемонные, — хмыкнул Шеф. — Но да, клялся, было дело. Помнишь, ты еще порывался постоянно всех перебить? Температура под сорок, а туда же, воевать!

— Они уничтожили мой замок, — скрипнул зубами оборотень, — пытались убить мою семью!

— Знаю! Ты это в бреду повторял каждые пять минут — хоть часы сверяй, — Шеферель пододвинул кружку Оскару. — А на меня зато в той гостинице очень сильно косились, когда выяснилось, что у меня на кровати больной мальчик лежит.

— Мне было восемнадцать, я уже был не мальчик! — с улыбкой возразил Оскар.

— А мне тогда перевалило за пять тысяч, и для меня ты всегда будешь мальчик! — Шеф выразительно хлопнул рукой по столу. — И вообще. Вид у тебя был, когда я тебе объяснял что да как... Priceless, как теперь говорят.