Книга Колдун с Неглинки, страница 31 – Саша Степанова

Тем временем Василий ввалился в будку и вовсю окучивал охранника. По изменившемуся тону его голоса Мирон догадался, что он в образе.

— …Сестра, говорю. Из дома сбежала. Я ее случайно из машины на улице заметил, она только меня увидела — и деру. Мать с ума сходит.

— Она сказала, что вы ее преследуете.

Василий делано расхохотался.

— Конечно, мы ее преследуем! Девчонка ее возраста должна в школу ходить, а не по промзонам бегать. Кстати, что у вас тут? Живет кто?

— Живут, — кивнул охранник. — Общага же.

— Всех знаешь?

Мимо них протиснулась коляска. Ее катила женщина в пестром халате, следом бежали трое малышей. Охранник проводил их взглядом.

— Да какое там…

— Понял. Ну, мы пройдемся аккуратно? С сестрицей поговорить очень надо.

Тот еще раз внимательно оглядел обоих. Мирон знал, что не похож на бандита, но все-таки ощутил спиной холодок.

— Валяйте, — сказал охранник и отвернулся.

— Спасибо, брат.

Василий вышел из будки на территорию мануфактуры. Мирон чуть задержался.

— Вопрос, наверное, дурацкий… — началон и заставил себя договорить: — У вас тут ничем странным не пахнет? Может, люди жаловались?

— Не жаловались. Они там готовят черт знает что черт знает из чего, иной раз не поймешь, еда это или труп разлагается. Всех все устраивает.

— Ясно. Спасибо.

Василий дожидался его во дворе. Запрокинув голову, он рассматривал окна мануфактуры, местами лишенные стекол и заколоченные фанерой.

— Охренеть, да? Такие площади пропадают. Здесь, кстати, лазейка есть. — Он кивнул на квадратную арку. — Я глянул — там свалка и склон реки, весь засранный, но пройти можно без проблем. Так что… Осталось найти жертву.

— Жертвочку, — поправил Мирон.

— Что?

— Бабка это так называет.

— Да, точно. — Василий рассеянно смотрел по сторонам, но никого подходящего не находилось. — Давай внутрь.

Он вошел первым. Мирон успел увидеть, как дернулась кудрявая голова Василия, и отступил на шаг, но людоед не выскочил. У стены с пакетом мусора в руках сидел бородатый бездомный.

— Да ёлы, отец, — схватился за сердце Василий. — Меня чуть кондратий не обнял.

Мирон принюхался. Охранник был прав: аромат не очень, но, пожалуй, это не было похоже на вареную человечину. Скорее — запах места, где живет много людей, для проживания этих людей не предназначенного.

— Они тут вообще не моются, что ли. — Василий будто мысли прочитал. — Отец, э! — Он пощелкал пальцами перед лицом бездомного, но тот сидел с пакетом в обнимку и не моргая смотрел перед собой. — Может, помер?.. Мужик, давай живи, а. — Василий поднес к его губам свой айфон — экран запотел. — Живой! Дышит. — Он опустился на корточки, заглянул бездомному в лицо и медленно произнес: — Чем помочь?

— Тридцать… — прохрипел бездомный. — Рублей…

Василий сунул обе руки в карманы, пошарил там и пересчитал монеты.

— Черт, у меня наличкой только пятнадцать.

Мирон обыскал свои. Достал свернутую в трубочку сотенную купюру — сдача с курицы для Калерии — и сунул между стиснутыми на ручке пакета пальцами.

— Здоровья, — забормотал дед, — здоровья.

— Скажите… — Он посмотрел на Василия, и тот едва заметно кивнул. — «Была ноша моя — Мирон пришел, себе взял».

— Была ноша моя, — покорно повторил бездомный, — Мирон пришел…

Мирон поднял руку, чтобы Василий по ней хлопнул.