Книга Колдун с Неглинки, страница 73 – Саша Степанова

Теперь Амелия сняла квартиру в пяти минутах на метро от Елизаветы. Она давно собиралась перебраться поближе, а тут это объявление с какой-то немыслимо низкой арендной платой. Как сбывшаяся мечта. Как чудо. Одно из немногих в ее жизни.

Амелия вздохнула, потушила в пепельнице сигарету и вышла в прихожую. Скрутила рыжие с сединой кудри в узел и спрятала их под платком. Написала Елизавете в телеграме: «Я вышла, буду через полчаса» — и действительно вышла.

Боже, что за пекло. Переносица под оправой очков мгновенно вспотела. Амелия сняла их и надела снова. Не заметить было невозможно: расплывался даже дом-яйцо через дорогу, а ведь всего месяц назад меняла линзы… Было минус восемь, а сейчас?.. Зачем вообще об этом волноваться — достаточно и того, что даже в удобных босоножках больно наступать на левую пятку, и это еще расходилась, с утра вообще волокла ногу, как раненый пес…

Амелия вышла за железную калитку с домофоном и снова посмотрела на дом-яйцо. В дела соседей она не лезла, но было понятно, что в дорогущих апартаментах живет всего один человек — почти подросток. Пару раз Амелия видела, как он выезжал с подземной стоянки на огромном автомобиле. Чей-то с рождения обласканный жизнью сынок? Что странно, по вечерам окна оставались темными. Амелия представляла себя в его возрасте и думала, что, если бы ей предложили тогда пожить в таком доме хотя бы неделю, дым из окон собирался бы в огромную тучу, а музыка гремела бы на всю Машкова… Но этот сидел тихо. Изредка в дом приходили гости — словно бы тайком: прохаживались туда-сюда, смотрели по сторонам, выжидали за углом, там, где в «яйцо» вела отдельная железная дверь с панелью домофона. Со своего этажа Амелия прекрасно их видела. Заподозрив неладное, даже смотрела на дом сквозь боль, но боли там не причиняли. Она бы заметила, ох, она былазаметила.

С бутылкой риохи — любимого вина Елизаветы — в рюкзаке она спустилась в метро на Чистых, приложила к терминалу «Тройку» и уже на эскалаторе заметила этого. После Сергея Амелия перестала задаваться вопросом, как именно она выделяет из толпы мудаков, — просто узнавала, и неважно, насколько чистыми были их руки и кеды, лица их женщин, смартфоны детей. Каждый смотрел глазами Сергея. И как только Амелия ловила этот взгляд, она понимала, за кем наблюдать, — и наблюдала изо всех сил.

Этотдержал впереди себя за шиворот девочку. Девочка ныла и вертелась на ступеньке; волосенки, прилипшие ко лбу, были мокрыми. Прежде чем оба сошли с эскалатора, этотпрописал дочери пинок. Заметила только Амелия. Она зашла в тот же вагон — девочке тут же уступили место — и встала напротив дверей рядом с обритым наголо парнем в черной футболке. Амелия на миг ощутила волнение: ей хотелось коснуться его затылка и почувствовать, как едва отросшие волоски покалывают ладонь. Слишком открытый. Рядом с ней давно не оказывалось настолько открытых мужчин. Вообще никаких, если честно. Нужно было сосредоточиться на другом, но она искоса рассматривала его руки. Идеальные руки.

— Извините! — залебезил вдруг этоти врезал дочери по затылку. Амелия пропустила причину, но догадалась, что девочка задела кроссовкой светлые брюки стоявшей перед ней пожилой женщины.

— Ничего, — поспешила заверить женщина и улыбнулась малышке, — ничего страшного!