Книга Колдун с Неглинки, страница 74 – Саша Степанова

— Овца! — рявкнул этот. — Извинись.

Девочка молчала, испуганно таращась перед собой, и быстро-быстро дышала приоткрытым ртом.

— Извинись! — взревел этот. Стащил девочку с сиденья и толкнул так, что она пролетела через проход и врезалась головой в двери вагона.

— Э, успокойся! — Парень в футболке отгородил собой этогоот ребенка. Амелия закрыла глаза, открыла их, посмотрела на девочку через боль — и задохнулась от боли. Этотполез было с кулаками, но парень оказался ловчее: шустро присел, качнулся вместе с вагоном и ушел от удара. Прежде чем схватить девочку в охапку, Амелия позволила себе немного полюбоваться им. Затем собралась, шепнула:

— Ты не заслуживаешь слов.

Этотстиснул губы, замычал, глаза сделались стеклянными. Схватился за подбородок и покраснел лицом.

Объявили станцию метро «Красные Ворота», и двери раскрылись.Этотраззявил рот, пытаясь поймать текущие оттуда струйки крови, но ее становилось все больше. Амелия не стала дожидаться, пока он выплюнет на пол язык, и выволокла девочку на платформу. Вокруг кричали. Она осмотрелась в поисках дежурных по станции — те уже бежали к вагону — и рванула к эскалаторам, не выпуская девочкиной руки. Наверху Амелия сунула ей бутылку с водой и подождала, пока та напьется.

— Вы, — сказал парень в черной футболке. На плече он держал спортивную сумку. — Это вы сделали.

— Что? Что я сделала? — усмехнулась Амелия и не сдержалась, дотронулась: отросшие волосы щекотнули пальцы. — А ты хороший. Ничего, пропустишь свое кунг-фу, ученики поймут. Мама ждет ее на «Сокольниках» у стойки SOS. Они в разводе, девочка не говорит, отец забирал ее на выходные. Он делал то, о чем ты не хочешь знать. Отвези ее к маме, скажи: в метро потерялась.

— Но как я объясню?..

— Она сама все расскажет. — Амелия подмигнула девочке и коснулась кончика ее носа. — Ты заслуживаешь слов.

* * *

Елизавета написала: «Ко мне не приходи. Я жду тебя в “Какао-доме“», и Амелия обрадовалась, что не нужно возвращаться в метро. До Бауманского сада она шла пешком. Солнце больше не досаждало, — наоборот, приятно пробивалось сквозь ветви деревьев, и Амелия прикрыла глаза, чувствуя, как тепло освобождает голову от подсмотренной чужой боли. Она никогда не забывала полностью, хранила в памяти каждую из женщин. Женщинами из ее головы можно было населить небольшой город.

Подруга уже сидела за стеклянной витриной кафе. Амелия улыбнулась и нырнула в кондиционированную прохладу. На столике стояли две кружки: наверняка Елизавета заказала «Холодное пушистое какао» — именно то, что нужно после такой поездочки.

— Привет! — Амелия прижалась щекой к горячей щеке подруги и пристроила на подоконник сумку. — Я соскучилась. А ты восхитительно выглядишь.

— Меня о тебе спрашивали. — Елизавета понизила голос. — И о Сергее.

— Сергей умер своей смертью, и никто и никогда не докажет обратное… Ребер я ему не ломала, а вот он мне — да.

— Люди не откусывают себе языки сами! — вспылила Елизавета. — Это неестественно! Послушай. — Она взяла руки Амелии в свои. — Тут совсем другое дело. Мне показалось, они про тебя догадываются. И им нужна ты, а не доказательства твоей причастностик смерти Сергея. Им нужна ты сама, Амелия. Сними платок!

Амелия покорно стянула косынку, и рыже-серебристые пряди рассыпались по плечам. Елизавета прикрыла ладонью губы.