Книга [де:КОНСТРУКТОР] Терра-Прайм, страница 79 – Александр Лиманский, Виктор Молотов

Другая, выросшая почти у моих ног, получила пулю в грудь и разлетелась на куски, которые шлёпнулись на кафель и немедленно начали стягиваться обратно, как капли ртути, бегущие к центру.

Двенадцать. Одиннадцать. Десять патронов.

Периферийным зрением я поймал движение справа. Не тварь. Гризли. Он не стрелял.

Штурмовая винтовка висела на ремне, болтаясь у бедра, и обе руки наёмника были заняты другим. Он стоял у главного сервера, к которому Ева подключалась минуту назад, и прикладом автомата бил по пластиковой панели на передней стенке.

Раз. Два. Пластик треснул, лопнул, полетели осколки. Гризли сунул руку внутрь, зацепил пальцами что-то в глубине корпуса и рванул на себя.

Серверный диск. Толстый прямоугольник в металлическом корпусе с мигающим зелёным диодом, который гас и загорался, гас и загорался. Данные. Все данные проекта «Химера», которые Ева скачивала по беспроводному каналу, лежали на этих дисках.И Гризли выдирал их из стойки с тем же выражением, с каким мародёр выдирает золотые зубы у трупа.

Второй диск. Рывок, треск разъёмов, обрывки кабелей повисли лохмотьями. Гризли сунул оба диска в глубокий набедренный подсумок и застегнул клапан.

Я видел. Крысятничество, чистой воды.

Пока мы жгли патроны, прикрывая отход, он обеспечивал себе гонорар от «Семьи». Деловой подход. Рациональный. Если бы я не был занят тем, что стрелял в бессмертных мутантов, которые росли из пола, я бы набил ему морду.

Но тварей становилось больше с каждой секундой, вентиляция продолжала лить чёрный мазут, и приоритеты были расставлены жёстко: сначала выжить, потом бить морды.

Девять патронов. Восемь.

Я развернулся к гермодвери. Жёлто-чёрная маркировка, красные буквы. «НИЖНИЕ ГОРИЗОНТЫ. УРОВЕНЬ ДОПУСКА: АЛЬФА-1.»

Панель управления справа от двери мерцала тусклым красным огоньком, означавшим блокировку. Электронный замок, активный, питающийся от тех же аварийных батарей, что и терминал.

Времени на вежливость не было.

Бронированный кулак «Трактора» врезался в панель. Пластик разлетелся, электронная плата треснула пополам, и из корпуса вывалился клубок проводов, разноцветных, тонких, перепутанных.

Я сгрёб их левой рукой, рванул, выдирая из гнёзд, и отсортировал по памяти. Красный, питание. Синий, сигнал блокировки. Зелёный, привод засова. На любой планете, в любой армии, в любую эпоху электромеханические замки строились по одной и той же схеме, потому что инженеры всех стран и корпораций учились по одним и тем же учебникам, и за это я был им благодарен.

— Ева, — мысленно и быстро позвал я, — замыкай. Зелёный на красный, импульс через нейроинтерфейс.

— Есть, шеф.

Импульс прошёл через мои пальцы, через оголённые провода, в электропривод замка. Короткий, точный, двенадцать вольт, достаточно, чтобы соленоид дёрнулся и убрал фиксатор. Засовы лязгнули. Тяжёлый, металлический звук, от которого по створке прошла вибрация. Замок открылся.

Я отступил на шаг и пнул дверь ботинком «Трактора».

Тяжёлая стальная створка распахнулась внутрь, ударившись о стену с гулким грохотом, и из-за неё дохнуло воздухом, тёплым, густым, с привкусом серы и чего-то органического, от чего «Генезис» мигнул очередным предупреждением. За дверью темнота. Фонарь выхватил из неёметаллические перила, решётчатый пол площадки и первый пролёт лестницы, уходящий вниз по спирали и растворяющийся во мраке.