Книга Я тебя найду, страница 50 – Харлан Кобен

– Тоже верно, – ответил Тим. – Считаешь, она наплела про твоего зятя?

– Не знаю.

– Рейчел?

– Ну?

– Ты раскопала что-то очень важное?

– Похоже на то.

– В любой другой ситуации я попросил бы себе кусок. Но сейчас тебе это куда нужнее. Этот мир не очень-то щедр на вторые шансы, а все же ты заслуживаешь хотя бы один, так что, если тебе понадобится что-то еще, ты дай мне знать, ладно?

На ее глазах выступили слезы.

– Тим, ты бесподобен!

– Уж мне ли не знать! Давай, до скорого. – И он повесил трубку.

Отерев глаза, Рейчел уставилась в окно, на переполненную парковку. Сирена все так и голосила где-то вдалеке. Даже если мир и даст ей, Рейчел, еще один шанс, неужели она действительно его заслуживает? Кэтрин Тулло, погибшая из-за нее два года назад, уже не могла рассчитывать на вторую жизнь. Так могла ли Рейчел?

Кэтрин Тулло стала самым важным расследованием в ее карьере, которое длилось целых восемь месяцев. Воскресный журнал «Глобус» готовил к публикации ее разоблачение Спенсера Шейна, всеми любимого главы университета Лемхолл. Шейн не только два десятка лет закрывал глаза на сексуальные домогательства, насилие и прочие нарушения со стороны профессоров-мужчин, нои сам был замешан в систематическом абьюзе. И это в одном из самых элитных учреждений страны! Случай был настолько вопиющий, гнусный и при этом тягостный, что Рейчел стала одержима им, а это непозволительно для журналиста. Она напирала на страшную циничность этих преступлений (они и впрямь не могли не возмущать!), но при том совершенно позабыла, что их жертвами оказались порядочные, слабые люди. Ее альма-матер связывала людей кипой расписок о неразглашении, поэтому никто не мог признать злоупотребления открыто. Сама Рейчел пострадала на первом курсе, сходив на студенческую вечеринку в честь Хеллоуина; об этом она впоследствии не рассказывала даже редакторам своего журнала. Ее молчания активно добивались в деканате, но Рейчел отказалась ставить подпись. Вскоре рассмотрение ее случая прекратили, прикрывшись «неправильно заполненной жалобой».

Должно быть, тогда, с этой неприятности, все и началось. С тех пор Рейчел и подумать не могла о том, чтобы проиграть университету.

Поэтому в деле с Шейном она зашла слишком далеко.

В итоге «Глобус» признал обвинения недоказанными, и все из-за проклятых расписок. Рейчел не могла в это поверить. Она пробилась к местному окружному прокурору – тот же не рискнул выступить против известного человека и элитного вуза. Поэтому Рейчел пошла к своей бывшей сокурснице, Кэтрин Тулло, и умоляла ее нарушить соглашение с деканатом. Кэтрин честно сказала, что хотела бы открыть миру правду, да только боится. На уговоры она не поддалась.

Вот и все. Молчание Кэтрин губило острый сюжет на корню и помогало университету, благодаря которому так легко ускользнул обидчик Рейчел, тоже выйти сухим из воды.

Этого она допустить не могла.

Решив, что другого выбора нет, Рейчел крепко взялась за Кэтрин Тулло. «Не хочешь поступить по совести? – угрожала она. – Я ведь все равно расскажу всем, что с тобой случилось». Почему-то Кэтрин не думала о чувствах других жертв, вот и Рейчел не волновалась о чувствах Кэтрин: она собиралась слить историю в Интернет и перечислить все источники. На слезы Кэтрин Рейчел не отреагировала. И всего через полчаса та передумала. Отказалась от денег и больше не упоминала никаких расписок, готовая наконец-то сделать доброе дело. Кэтрин Тулло обняла свою подругу по студенческому сестринству и пообещала уже завтра записать вместе с Рейчелдлинное интервью. Тем вечером Рейчел вышла из квартиры Кэтрин успокоенной, а позже узнала, что та тут же набрала ванну, легла в нее и вскрыла запястья.