Книга Ведьма Вороньего леса, страница 122 – Дженни Кир

Луна сглотнула. Она хорошо сражалась, но всегда знала: именно эти призрачные глаза Луны Грейборн – те, что она видела в отражениях окон, – ее и погубят. И все же она продолжала держаться за вымышленную жизнь, которую мечтала сделать настоящей.

– Мое имя – Луна Грейборн, и я люблю вашего внучатого племянника каждой частицей своего существа. Говорите что пожелаете, но я бы легко положила руку на Библию и поклялась в этом перед судьей.

Смогла бы она действительно так согрешить – другой вопрос. Но в этом споре она была готова заявить это как истину. Элспет покачала головой, усталая и разочарованная.

Но Луна обещала не раскрывать своего настоящего имени и не собиралась нарушать клятву. Сказать правду означало бы потянуть за ту самую ниточку, которая распустила бы волшебный узор, что они с Маркусом так кропотливо сплетали. Полгода она не произносила свое имя вслух – даже перед возлюбленным – и не собиралась начинать с той, которая ее презирала.

– Луна Грейборн, – повторила она твердо.

– В таком случае пора обратиться к закону. Завтра я выясню, как связаться с полицией. Я не позволю, чтобы моего племянника обманули дважды. – На морщинистом лице отразилась непоколебимая решимость. Обе женщины смотрели друг на друга, как бойцы перед схваткой. – А теперь, если ты не возражаешь, позови одну из девушек. Я хочу посидеть в другом месте. Смрад лжи, царящий в этой комнате, вызывает у меня чудовищную дурноту.

Луна стала куда сильнее с тех пор, как переступила порог этого дома в апреле, и теперь не собиралась терпеть насмешек со стороны двоюродной бабушки Элспет. Она также не позволяла себе больше сидеть сложа руки, когда кто-то причиняет боль тем, кто ей дорог. Всю жизнь ее обижали, но теперь Маркус поставил ее в ситуацию, при которой она должна была проявить надежность и ответственность. Он верил в нее. Пришло время и ей поверить в себя.

Элспет рано отправилась почивать, и Луна решила последовать ее примеру. Ей хотелось быть рядом с мужем, несмотря на необходимость помнить о его хрупком состоянии.

– Пожалуйста, избавься от мистера Веббера, – взмолилась она. – Он пытался тебя убить!

Маркус сидел на кровати, прислонившись к трем подушкам, и хмурился – не из-за настойчивости жены в вопросе увольнения слуги, а скорее от досады на собственную беспомощность и раздражения от того, что ему приказывают отдыхать.

– Нет, он этого не делал. Даже Веббер не настолько глуп. Он уже отсидел срок за убийство, вряд ли рискнет пойти на еще одно. Мне он, признаться, не по душе, но свои обязанности он исполняет, и у меня нет оснований для увольнения. Никто бы не смог метнуть черепицу с такой точностью – я стоял в двадцати ярдах. Это был несчастный случай. Оставим все как есть. К тому же ты не захочешь потерять миссис Веббер, а если уйдет он – уйдет и она.

И хотя Луна понимала, что он прав, она все равно была намерена внимательнее следить за этим человеком. Тем не менее, пока Маркус не восстановит здоровье, она решила не торопить события и оставить этот разговор.

Вздохнув, она поднялась и начала раздеваться, удивляясь, как неловко ей было делать это перед ним, несмотря на события минувшей ночи.

– Ну, скажу я тебе, это самое настоящее мучение, – фыркнул он. – Моя супруга, почти раздетая, стоит прямо передо мной, а доктор велел мне лежать себе смирно.