Книга Ведьма Вороньего леса, страница 124 – Дженни Кир

Глаза у нее защипало. Несмотря на свою решимость никогда не отступать от их фантазии, она подумала, что умирающая женщина заслуживает хоть крупицы правды. Луна потянулась к ее рукам, встретившись взглядом с такими же влажными, сияющими от слез глазами.

– Вы будете удивлены, но у меня самой очень мало ответов. Я попала в Рейвенсвуд, потерянная и одинокая; ваш внучатый племянник приютил меня по причинам, которых я до сих пор не понимаю. Он не говорит о жене и не жалуется на то, что она заставила его пережить. Вместо этого он смотрит вперед, с упрямым вызовом, которым я только восхищаюсь. Нас все еще могут раскрыть, но я оставила свое прошлое позади – и с радостью встречу любое будущее, лишь бы он был со мной.

– Спасибо, что поделилась этим, – отозвалась Элспет, крепко сжав ее руку удивительно сильными, костлявыми пальцами. – И знай: я не стану той, кто разрушит вашу жизнь. Я могу не одобрять обман, но не мне отвечать перед Господом за твои поступки. Видеть, как мой внучатый племянник снова смеется, говорит о цветах, посадках, планах на будущее… Для меня это дороже всего на свете. – Она похлопала Луну по ладони. – А теперь не могла бы ты попросить ту нервную, но старательную девицу принести мне кувшин теплой воды? Я подниму свое дряхлеющее тело с постели и проведу немного времени с племянником, пока еще могу.

Их общая любовь к одному мужчине и очевидная привязанность между Луной и Маркусом предотвратили беду, которая еще утром казалась неизбежной.

Вскоре все трое разделили мирный обед, после которого неспешно прогулялись по саду. Бабуля Элспет с видимым удовольствием выслушала рассказ Маркуса о схемах посадки, делясь собственными предложениями. Если Маркус и догадывался, что две женщины заключили перемирие, то ничего на сей счет не сказал. Но Луна поймала его обожающий взгляд, когда он переводил глаза с ее лица на лицо своей двоюродной бабушки, думая, что та не смотрит. Возможно, именно эти две женщины были для него самыми дорогими людьми на свете.

Позже, в тот же день, они проводили Элспет к ее открытому экипажу и молча наблюдали, как она уезжает с широкой, почти детской улыбкой на тонком, бледном лице. В руках она сжимала огромный букет чуть увядших бархатцев, а на длинных седых волосах ее возлежал венок из свежих белых астр.

Неделю спустя Маркус получил печальное известие о смерти двоюродной бабушки Элспет. Хотя ее уход был ожидаем, Грейборны надеялись, что она задержится на свете чуть дольше. На похороны он отправился один, так как кладбище не было подходящим местом для молодой женщины, а вернулся безмерно пораженный: помимо некоторых благотворительных завещаний, он унаследовал значительную часть состояния. Вкупе с доходом от его инвестиций жизнь наконец-то улыбнулась Грейборнам.

Луна и Маркус сидели рядом на скамейке с видом на луг. Стоял свежий октябрьский вечер, Луна была укутана в теплую шаль, связанную для нее миссис Веббер. Маркус притянул жену к себе, и они стали наблюдать, как облака с золотистыми краями неспешно скользят по небу цвета индиго.

– Канун Дня Всех Святых почти настал, – сказал он. – Жители деревни уже доводят себя до нелепой истерики, но, по крайней мере, в этом году мне не нужно беспокоиться о том, что затевает моя жена.