Книга Ведьма Вороньего леса, страница 137 – Дженни Кир

Финдли, удовлетворенный своей работой, вернулся к предметам за пределами ритуального круга. Луна уже не звала на помощь. Она чувствовала слабость и замешательство, но вместе с тем болезненное, почти гипнотическое очарование от всего происходящего.

Он не смотрел на нее, увлеченно продолжая ритуал, напевая себе под нос и временами комментируя вслух свои действия.

– Из всех десяти заповедей, – сказал он с ликованием, – я, пожалуй, нарушил каждую. Я презирал родителей и даже ускорил уход своей матери, этой ханжеской стервы. Воровал с тех пор, как научился ползать. Молился множеству богов, а субботу никогда не считал святой. Но пожалуй, наибольшее удовольствие мне приносило прелюбодеяние. Особенно с Луной. Нас заметили эти проклятые вороны, и после этого она приходила ко мне в коттедж. За это я им отомстил. Да, прелюбодеяние – мой любимый грех. Хотя убийство занимает второе место. А что ты чувствовала, когда отравила бедного парня в Лоубридже? Не было ли тайного восторга? Триумфа власти?

Луна молчала, только сузила глаза. Пусть он считает ее способной на убийство – это могло сыграть ей на руку. Тем временем Финдли достал из кожаной сумки, прежде скрытой от глаз Луны, большой гримуар с золотыми тиснениями и латунными уголками и аккуратно положил его на край колодца рядом с ней. Ей удалось повернуть голову и увидеть, что он задумал.

– А теперь мой господин требует крови, чтобы принять жертву. Тех, чьи души и желания далеки от чистоты: эгоистов, развратников, лжецов, еретиков… – Его палец скользнул по страницам. – Вот: кровь жертвы, горсть толченого паслена и вода чистейшего происхождения, перемешанные против часовой стрелки черным пером.

При слове «жертва» холод пробежал по коже Луны. Неужели он собирается убить ее и пустить на ингредиенты?

– К счастью, я могу получить два ингредиента одним ударом. – Тут он направился к мешку, развязал его и достал… полуживого Брана.

Птица была связана, ее клюв стянут бечевкой, крылья обмотаны тряпкой.

– Нет! – закричала Луна, но ее тело не слушалось.

– Вот почему вода так важна, – объяснил Финдли. – Твоя кровь мне не подойдет – ты больше не невинна, к сожалению. Я не мог призвать владыку, ведь эти чертовы вороны нападали на меня каждый раз, когда я приближался к границе леса. Но в этом году… в этом году я исполню свое предназначение. И вода потечет. Ох, это превзойдет мои самые смелые ожидания!

Он потер свои пухлые руки в нескрываемом ликовании и вытащил длинный клинок из складок плаща. Огонь теперь был всего в пятнадцати ярдах от них и начал реветь, как будто танцующие внутри души подползали ближе. По мере того, как пламя поднималось выше, его цвета менялись с темно-красных и оранжевых на более интенсивные желтые и белые.

Положив Брана на плоский каменный край колодца одной рукой, Финдли поднял клинок другой. Связанный ворон дернул головой и попытался клюнуть своего похитителя, но это было бесполезно.

– В этот раз спасения не будет, – прошептал он Брану. – Я был в ярости, когда ты пережил тот капкан, который я подстроил через Луну. Но теперь, когда остальные вороны исчезли, ничто не помешает мне свободно приходить в лес.

«Он все это устроил», – осознала Луна, чувствуя, как растет ее гнев. Но была ли его магия настоящей? Или все – лишь обман и наркотики? Нет. Она была сильнее этого. Маркус не ошибался насчет суеверий.