Онлайн книга «Ведьма Вороньего леса»
|
Луна сосредоточила все свое внимание на мышцах ног, вытянула правую вперед – и почувствовала, как проклятие слабеет. С рычанием, перешедшим в победный крик, она сорвалась с места. Финдли резко обернулся на звук и увидел, что она обрела способность двигаться. Он открыл рот, чтобы заговорить, но вместо слов его челюсть отвисла – он осознал, что Луна ковыляет прямо к нему. Подволакивая ногу и шатаясь, она пошла быстрее, пока не бросилась на него, сбивая с ног. Они рухнули на землю, она навалилась сверху, и нож вместе с вороном выскользнули из его рук. Одним движением она потянула за бечевку, стягивающую клюв Брана. Птица мотнула головой, сдернула тряпку с тела и мощным взмахом расправила крылья. Яростно хлопая ими, ворон закричал в ночной воздух: – Будь ты проклят! Будь ты проклят! – Не щади его, Бран! – закричала Луна, дрожа от ярости: этот человек не заслуживал ни капли сострадания. Бран повернул голову, взглянув на нее, но, к ее облегчению, не набросился. Она схватила нож, готовая защищаться, однако ни птица, ни человек не обратили на нее внимания. Финдли вскочил и кинулся на ворона – тот налетел с яростью, сравнимой с яростью голодного зверя. Снова и снова Бран клевал его, не давая опомниться. Финдли махал руками, тщетно пытаясь отогнать птицу. Луна знала, как силен и остер вороний клюв. Она также подозревала, что пары брошенной в огонь отравы притупили чувства Финдли, как прежде – ее собственные. Перед ней мелькали бешено хлопающие черные крылья, раздавались крики и звуки разрываемой плоти. – Мои глаза! Только не глаза! Она отвернулась, увидев, как кровь полосами стекает по его лицу, и крепко зажмурилась, надеясь, что ужасная сцена может исчезнуть. Но шум борьбы был оглушающим: вопли боли, хлопанье крыльев, хрип. – Стерва! – завопил Финдли. – Отзови своего фамильяра! Ведьма ты или нет?! Луна крепче сжала нож трясущимися руками, ожидая, что колдун снова нападет. Но, обернувшись, увидела на его лице две кровавые впадины – глазницы были пусты, а лицо изуродовано до неузнаваемости. Он дико мотал головой. Ее вывернуло прямо в гнилую листву. В наступившей тишине раздался крик: – Какого черта?! Гул шагов и голос Маркуса вырвали ее из оцепенения. Финдли пошатнулся в сторону. Бран взмыл вверх и сел на крышу колодца, словно удовлетворенный результатом. – Воды… Мне нужно целебной воды… – Финдли метался, слепо размахивая руками, и стонал от боли. – Боже мой, если ты тронул мою жену… – Маркус бросился к ней. – Луна? С тобой все в порядке? Что, черт возьми, тут происходит? Он упал рядом с ней на колени, обнял ее дрожащее тело и прижал к себе. Вместе они наблюдали, как Финдли, дезориентированный, начал кружить, а затем пошел прямиком на костер. Пламя взвилось выше, охватив нависающие ветви, и казалось, что огненные пальцы потянулись к человеческой фигуре. Неужели он этого не почувствовал? Ткань плаща загорелась. Луна поняла: ее враг в огне. Она снова отвела взгляд, прижимаясь лбом к груди Маркуса. Раздался оглушительный рев пламени, каждой клеточкой кожи она ощущала жар. Последовал истошный крик, и спустя мгновение стал слышен только треск древесины. А когда Луна осмелилась взглянуть туда вновь, огонь необъяснимо стих – остались лишь тлеющие угли. – Он коснулся тебя? Тебе больно? – Маркус взял Луну за плечи, заглянул в лицо. |