Книга Место каждого. Лето комиссара Ричарди, страница 29 – Маурицио де Джованни

Но в это утро понедельника комиссара принимал в своем кабинете совершенно другой Гарцо. Он указал подчиненному на один из двух стульев, стоявших перед пустым письменным столом, резким движением ладони отослал прочь Понте и сам сел на стул рядом с комиссаром, у той же стороны стола.

— Я узнал о преступлении в семействе Кампарино. Это очень серьезно. Судьба всех нас зависит от этого расследования. Насколько вы продвинулись?

Ричарди было трудно понять начальника: комиссар никак не мог осознать, чем это убийство так сильно отличалось от любого другого.

— Герцогиня была убита в своем доме, вероятно, выстрелом из пистолета в лоб. Я жду результатов аутопсии, которую делает доктор Модо. Если понадобится, позже сам пойду в морг.

Гарцо заламывал руки.

— Вы выслушали… вы уже допросили кого-нибудь в доме Кампарино?

Ричарди не собирался открывать начальнику больше, чем необходимо.

— Пока я допросил только слуг, их в доме три человека. Потом выслушаем остальных обитателей дома, то есть членов семьи. А после этого расспросим поставщиков и соседей. Короче говоря, будем работать согласно процедуре.

Гарцо схватил его за руку:

— Вот именно, процедура. В этот раз мы не будем соблюдать процедуру, Ричарди. Не будем. Мы должны действовать очень медленно и крайне осторожно.

Ричарди с трудом высвободил свою руку из пальцев Гарцо, пристально глядя при этом в его покрасневшие глаза.

— Извините меня, доктор, но я вас не понимаю. Что вы подразумеваете под словами «не будем соблюдать процедуру»? Есть что-то, что я должен бы знать, но не знаю?

Гарцо вдруг встал и стал нервно ходить по комнате.

— Что-то, чего вы не знаете? Нет. Хотя, пожалуй, есть. Я все время забываю, что вы, как бы это сказать, живете уединенно, ни у кого не бываете. Так вот: Адриана Муссо ди Кампарино занимает, то есть занимала очень, очень заметное место в обществе. Она жила очень… как бы это сказать… открыто. Такая красивая и такая богатая женщина поневоле — понимаете, поневоле — становилась предметом сплетен и пересудов. Мы не…

Ричарди ждал. Было совершенно ясно, что Гарцо хочет что-то сказать, но ему не хватает мужества это сделать. Затем пришел ему на помощь:

— В таком случае, доктор, не лучше ли, чтобы тот, кто ведет расследование, сначала узнал, что это за… пересуды? Возможно, он мог бы услышать их содержание от объективного человека вместо того, чтобы ходить по городу и собирать сплетни?

Гарцо прекратил ходьбу по кабинету.

— Да, конечно, — согласился он. — Так вот, Ричарди, прежде всего вы должны знать, что в ходе этого расследования мы обязательно будем контактировать с… особыми кругами. Это, как бы сказать, необычная среда, ее представителям нельзя задавать вопросы так же легко, как, например, водителю трамвая или уборщику улиц. Это люди видные и могущественные.

Ричарди внезапно встал.

— Доктор, может быть, в данном случае лучше поручить расследование другому сотруднику, например Чиммино, — заявил он. — Я в вашем распоряжении, если понадобится передать кому-то собранную информацию. Впрочем, мы пока что узнали немного.

Услышав это, Гарцо, кажется, растерялся.

— Что вы говорите, Ричарди? Я даже и не думаю о том, чтобы передать расследование кому-то другому. Вы лучший, кто у нас есть, и мы оба это знаем.