Книга Место каждого. Лето комиссара Ричарди, страница 30 – Маурицио де Джованни

— Благодарю вас, доктор. Но верно и то, что я, к сожалению, плохой дипломат. И у меня есть еще один недостаток — мне не хватает… как бы это назвать… почтительности. Я не хотел бы нарушить — разумеется, неосознанно — ваши указания.

Гарцо сделал шаг в сторону Ричарди.

— Об этом речь не идет, Ричарди. Нам крайне необходимо найти виновного и сделать это быстро. Вы понимаете? Быстро. Знатная дама, такая известная в обществе женщина не может быть убита в собственном доме. Это невозможно в безопасном городе, таком, как наш и как все города фашистской Италии. Виновный — это, несомненно, сумасшедший маньяк — должен быть отдан в руки правосудия.

— Тогда в чем проблема, доктор? Проведем расследование по правилам и, как обычно, будем делать это как можно лучше.

Гарцо провел рукой по волосам.

— Герцогиня… дело в том, Ричарди, что у герцогини Муссо ди Кампарино была любовная связь. Много лет она находилась в близких отношениях с одним мужчиной, и об этом было известно всем.

Ричарди продолжал стоять, показывая этим, что еще не уверен, он ли назначен расследовать это дело.

— Если это было известно всем, не следует ли и мне узнать об этом?

— Все дело в том, кто был ее мужчиной. Это Марио Капече, главный редактор отдела хроники газеты «Рома». Добавлю для ясности: это тот самый, который терзает нас при каждом удобном случае даже после постановлений министерства внутренних дел о прессе от двадцать восьмого числа. Теперь вы все понимаете?

Ричарди понял все. Действительно, Гарцо оказался в нелегкой ситуации. Если расследовать преступление в полную силу, чтобы найти виновного, полиция обязательно будет наступать на мозоли своим самым ожесточенным врагам в печати. Если же работать медленно, есть риск не найти того, кто должен ответить за такое громкое убийство. А это значит показать всем, что полиция — сборище бездарностей и ни на что не годится. Гарцо решил, что лучше найти убийцу или хотя бы попытаться это сделать. В каком-то смысле это решение делало честь заместителю начальника.

— Отношения между ними были непростые. Герцогиня была, как бы это сказать, немного… непостоянной. Ей нравились праздники, танцы и комплименты. Она любила, чтобы за ней ухаживали. Капече пятьдесят лет, и, когда герцог был здоров, они могли бы драться на дуэли каждый день. Но в то время единственным средством защитить себя были ссоры и бесконечные публичные дискуссии.

— Разрешите спросить: а как вы об этом узнали?

Гарцо, кажется, не обиделся на этот невежливый вопрос.

— Об этом знают все, у кого есть время ходить в театры. Последняя ссора произошла как раз в субботу, вечером, в Салоне Маргерита.

— И что это была за ссора?

Начальнику комиссара, видимо, было трудно ответить на этот вопрос. Он, с одной стороны, желал сказать как можно меньше, а с другой — не хотел умолчать ни об одной важной подробности.

— Думаю, причиной была ревность. Капече обвинил герцогиню в том, что она… смотрела на молодого человека, который пришел с синьорой Де Маттеис. Эта дама… но не будем говорить о ней, это не имеет отношения к нашему делу. Короче говоря, он и она начали обмениваться упреками, припоминать друг другу давние события, случаи из прошлого. Потом он дал ей пощечину. Мы все застыли. Сразу после этого он взял герцогиню за руку, сорвал с ее пальца кольцо и крикнул ей в лицо…