Книга Место каждого. Лето комиссара Ричарди, страница 60 – Маурицио де Джованни

Ричарди эти слова не убедили.

— Хорошо, слышать никто ничего не слышал. Но войти в особняк и выйти из него совсем не просто. Праздник отмечали перед самыми воротами. Как получилось, что никто ничего не увидел? Разве такое возможно? Я не думаю, что убийца переоделся танцовщицей тарантеллы. И еще мне непонятно вот что: часть признаков указывает на умышленное преступление, а другая часть — на внезапную ссору.

Майоне вытер пот со лба и пожал плечами.

— Вовсе не обязательно, комиссар, чтобы убийцу кто-то видел. Если он передвигался быстро, то мог выйти и войти незамеченным. Семья Шарра, разумеется, как обычно, грызла семечки посреди праздника, а ворота были открыты. Однако нужно учесть и другую возможность: убийца мог войти вместе с герцогиней. Мы еще не выслушали «ее Марио», верно? А судя по тому, что мы узнали, Капече был своим человеком в доме.

— Ты прав: ничего нельзя сказать, пока мы не выслушаем Капече. Сегодня в конце дня мы пойдем в «Рому» и поговорим с ним. Журналисты работают по вечерам, сейчас там может никого не быть. Что касается меня, я сейчас пойду в «Гамбринус» и съем там слойку. А ты как, все еще изображаешь из себя факира? Смотри, не закончи жизнь как тот знаменитый осел, который умер, когда, наконец, научился обходиться без еды.

Майоне сердито фыркнул.

— Да, насмехайтесь надо мной, комиссар! — заявил он. — Чем меньше я ем, тем больше потею и тем тесней мне становится куртка. Как-нибудь на днях я сниму себя с этого крюка — с утра запрусь в какой-нибудь траттории, и вы увидите, что будет дальше. Идите, куда желаете, поступайте, как вам удобно, а я буду ждать вас в управлении.

Пойду туда и дам работу нашим лентяям. До встречи.

Возле площади Карита Ливия отпустила извозчика: она хотела немного пройтись и насладиться этим городом.

Поездка в коляске, хотя и была короткой, придала молодой женщине бодрости. Ливия подняла вуаль. Воздух был полон запахов моря и цветов, и его прикосновение к лицу казалось неожиданным драгоценным удовольствием. Было очень жарко, но Ливия не страдала от этого: она так долго ждала этого утра, что не хотела портить его себе мыслями о климате. Если не случится чего-то непредвиденного, она скоро увидит того, ради кого вернулась в этот город.

Молодая женщина не хотела рисковать и точно рассчитала время. Она должна прийти в «Гамбринус» раньше того времени, когда Ричарди приходит туда быстро и в одиночестве есть свой обед. «Сегодня он будет обедать не один, хотя и не ожидает этого», — подумала она. Улица была такой, какой она ее помнила, — широкой и полной народу. Несколько смуглых детей в лохмотьях столпились вокруг Ливии и стали просить у нее денег. Она засмеялась, вынула из кошелька несколько мелких монет и бросила их далеко. Они полетели, как брызги водопада, звеня и сверкая на солнце. Уличные сорванцы с криком бросились к ним, как стая рыбок к куску хлеба.

В пути эта красивая элегантная женщина привлекла внимание по меньшей мере четырех мужчин. Они присвистывали от восторга и делали ей восторженные комплименты. Ливия привыкла быть в центре мужского внимания, но откровенность их ухаживаний, характерная для неаполитанцев, ее позабавила. Женщины, которых она видела на улице, ей тоже понравились: все они были одеты строго и элегантно, даже не слишком богатые старались выглядеть приятно.