Книга Собор темных тайн, страница 95 – Клио Кертику

Рука Ализ сильнее сжала мою, наверное, и она их заметила.

Где выход? Все это время я двигался туда, где, по моим воспоминаниям, был выход из зала, но теперь здесь был лес. Бесноватый лес.

В нос ударил какой-то незнакомый запах, как будто бы крови, или яда, или бездны. Не знаю, что стало последней каплей – потная рука Ализ, сжимавшая мою, общее сумасшествие, вид голых тел или все вместе, – но я дернул Ализ за предплечье на себя и толкнул в сторону ближайшего стола, не ослабляя хватки.

Наверное, тогда я еще сомневался в своих действиях, но, заметив в ее глазах то же безумие, что и у меня, я прижался к ней всем телом. Наши лица оказались настолько близко, что я наконец-то смог сбежать от этого общего хаоса, я больше не видел того, что происходило вокруг. Теперь хаос стал только нашим.

Я прижался к ее губам, увидел, как они раскрылись навстречу моим, и запустил руку в темные волосы где-то около затылка.

Наверное, только тогда я стал понимать, что это сон. Хотя во снах люди обычно не понимают, что это на самом деле. Музыка стихла, а я так и прижимался к ней. Все было прекрасно, пока мы пребывали в свободном падении, летели вниз в абсолютной темноте.

Пока я не услышал едва различимый голос Фергюса.

– Ты не думай, о самом главном и последнем желании я тоже не забыл. Считаю, момент настал.

Я оторвался от губ Ализ. Она наполовину сидела, наполовину лежала подо мной, на том столе, к которому я ее толкнул. Она ошеломленно глядела на меня, но платье ее все еще оставалось чистым. Даже не знаю, почему это было так важно.

Мы переводили дыхание, изумленно глядя друг на друга.

Музыка молчала, а мы и не заметили этого. Я с ужасом понял, что стол, на котором мы устроились, был по-прежнему наш. Значит, у меня не получилось оттащить ее даже на десять метров. Я с ужасом взглянул туда, где сейчас стоял Фергюс.

Он замер в изящном поклоне, указывая одной рукой в нашу сторону и поглядывая при этом на правителей.

Лиам все это время был в одежде и не менял своей позы. Я поймал его взгляд слишком поздно. Страх обдал меня ледяной волной.

Этот взгляд и выдернул меня из странного сна. Я очнулся ночью, посреди своей комнаты. Лежа на правом боку, я оглядел комнату, будто не веря в происходящее, а затем перевернулся на спину.

«Начитался опять всякого», – подумалось мне, когда я всмотрелся в темноту ночи, где лежала одна из тех странных книжек, с которыми я знакомился в то время.

Тогда я, кажется, читал про творчество Рубенса и погружался в поразившую меня символику дионисийских празднеств.

Это было оно. Не иначе как я побывал на празднике Диониса.

Одной рукой я убрал растрепанные волосы со лба, а другой почесал нос.

Какая-то часть меня осталась в том сне, первозданная и манящая. Некоторые фрагменты этого сна я не могу разгадать до сих пор, но тем не менее они запомнились мне. Порой я раздумываю о том, что значат сны для нас и нашего будущего? Какие-то фрагменты воплотились в жизнь, но я не знаю, стоит ли притягивать мое суждение за уши и говорить, что все сны имеют смысл. Иногда мне снились мои переживания, накопленные в течение нескольких дней. Случалось такое, что снились абсолютно фантастичные сюжеты, как в эту ночь, а позже я понимал, что они воплощают мои тайные желания. Страсти из греческой мифологии меня цепляли, я мало вдумывался в смыслы, скрытые за ними, но все поверхностное считывалось мною на раз. Представить моих друзей, в частности Ализ, на таком празднике накануне студенческого бала было очень забавно со стороны моего подсознания. Или что там на самом деле создает наши сны?