Книга Убийство цвета «кардинал», страница 109 – Людмила Киндерская

— И что это меняло? — спросил Потемкин.

— Да все! Вета сказала, что вместо той самой знакомой заключения теперь будет выдавать Борисов. А он мужик умный, дотошный и в неувязках в документах разберется на раз-два. Причем с ним невозможно договориться, и надо менять аудиторскую фирму. Вета сказала, что нужно выбрать какую-нибудь не очень большую компанию со средним уровнем специалистов. Ну, даже если допустить, что они что-то и найдут, то извинимся за ошибку и отдадим документы другой фирме. В крайнем случае — дадим на лапу. Вот так моя большая успешная компания «Кардинал», заполучить которую в качестве клиента было мечтой любой аудиторской фирмы, заключила договор с чертовой — или с чертовым — «Мего».

— В каких отношениях вы были с гражданкой Камневой Верой? — задал вопрос Потемкин.

— В близких, — усмехнулся Вавилов. — Настолько близких, что их можно назвать интимными.

Вавилов замолчал. Он хорошо помнил, как первый раз при-

шел в «Мего» и встретил там Веру. Он завязал с ней ни к че-

му не обязывающую интрижку, через неделю секретарша ему надоела, но избавиться от нее оказалось не так-то просто. Она ревновала, устраивала скандалы… Сначала его это забавляло, потом утомляло. С этими женщинами всегда одно и то же.

А однажды он зашел в «Мего», чтобы забрать подписанный контракт, и увидел Юлию Холодную. Таких женщин у него не было никогда. Красивая, стильная, умная, с чувством меры и юмора. Приэтом внешне она была холодна, под стать фамилии, но внутри нее был огонь. Он чувствовал этот огонь. Сходил от него с ума. Но близких отношений у них не было. Юля говорила, что по кодексу корпоративной этики она не имеет права заводить отношения с клиентами «Мего». Вот закончит проверку документов, тогда никакая корпоративная этика им не помешает. Первый раз в жизни у него был старомодный роман — с прогулками, цветами и стихами.

Но даже эти свои невинные и целомудренные отношения они скрывали — так хотела Юля.

— Гражданка Камнева утверждает, что это вы убили Холодную, которая грозилась вас разоблачить.

— Что? — привстал Вавилов.

— Сядьте, — рявкнул на него Потемкин.

Станислав ошеломленно рухнул на стул.

— С какой целью в день убийства вы были в «Мего»?

— Я… Юля сказала, что хочет со мной поговорить, когда все сотрудники уйдут. Я сидел в машине, ждал. Видел, как один за другим уходили сотрудники; когда осталась гореть пара окон, я хотел войти. Но тут вдруг на работу вернулась Камнева — наверное, забыла что-нибудь. Я, естественно, продолжил ждать. Потом вышла рыженькая такая, она на днях в «Кардинал» приходила, следом выскочила Вера. Я дождался, когда осталось гореть только одно окно, Юлино, и вошел.

— Как вы прошли через пост охраны? — спросил Потемкин, хотя уже догадывался как.

— Охранник сидел, уткнувшись в телевизор. Я позвонил. Он на стуле покатился до полки, на которой стоял телефон. Я пригнулся и прошел. Это было несложно. Назад прошел так же. Хотя можно было и не напрягаться: он сидел, уставившись то в телефон, то в телевизор.

— Во сколько вы ушли?

— Не знаю. Можно по распечатке звонков посмотреть, — оживился Вавилов.

— Уже. О чем вы говорили с Холодной?

— Она потребовала от меня отказаться от участия в конкурсе. Она думала, что во всем виновата Воропаева, а я не в курсе. Просто бумаги подписывал. Она сказала, что если я не отзову свое участие, то она отдаст документы в прокуратуру.