Книга Убийство цвета «кардинал», страница 86 – Людмила Киндерская

— Вы что, сразу после института устроились в «Кардинал»? И как вас без опыта взяли?!

Госпожа Шац неуклюжий комплимент оценила и опять захохотала:

— Да нет, некоторый опыт у меня уже был, так что меня взяли сразу же, как только прочитали мое резюме. До этого я проработала несколько лет в строительной компании «Молоток», потом несколько лет в Счетной палате, а потом еще…

Игорь про себя усмехнулся. Если ее вовремя не прервать, окажется, что стаж работы главбуха превышает ее «юный» возраст.

— Инна Соломоновна, а я ведь тоже в Счетной палате работал.

— Да вы что?! Я ушла оттуда больше десяти лет назад…

— А я пришел туда около десяти лет назад. Так что мы с вами, к большому несчастью, разминулись.

Хлопонин сделал печальное лицо.

Дальше разговор потек об общих знакомых, старом и новом начальстве, об ужесточившихся критериях проверок. Вдоволь поговорив об общем месте службы, госпожа Шац прониклась к Хлопонину абсолютным доверием, и Игорь умело подвел разговор к интересующему его вопросу.

— Мы на нашего Станислава Николаевича просто молимся. Он нам все конкурсы пробивает. У него такие связи! — Инна Соломоновна молитвенно сложила руки.

— Может, я чего-то не понимаю, но при чем здесь связи?! Вы же участвуете в конкурсе на общих основаниях. Даете самые низкие цены, справку об отсутствии долгов по налогам, баланс с нужными для конкурса показателями, заключение аудита — и все: вы выиграли.

Шац заливисто рассмеялась:

— Ой, не могу я, вы такой шутник. Сразу видно, что только в госструктуре работали. Вы вот Воропаеву порасспросили бы, она бы вам рассказала, как эти конкурсы выигрываются. Я тоже, пока работала в Счетной палате, думала, что все просто. А когда пришла в частный бизнес, то поняла, что без связей, без откатов ничего не будет. Как говорится, «не подмажешь — не поедешь». А справки, отчеты…

Она вдруг опомнилась, вскочила и засуетилась около чайника.

— Вы пейте чаек, пейте. Он с бергамотом, такой ароматный.

Игорь еще посидел с радушной хозяйкой, попытался продолжить интересующий его разговор, но Шац все дальнейшие попытки ее разговорить сводила к гастрономическойтеме. Поговорив еще немного, они тепло попрощались. Хлопонин клятвенно пообещал заходить почаще.

Потемкин был недоволен, что дело об убийстве Лякишевой поручили вести Капралову. Павел Иванович его не любил — тот пытался изображать из себя рубаху-парня: при встрече хлопал по плечу и рассказывал пошлые анекдоты с бородой.

Анекдоты Потемкин тоже не любил, он их не понимал. Он любил только одно: свою работу. Ему нравилось собирать улики, анализировать протоколы допросов, размышлять над версиями.

— На сутки даю дело. Изучай. Там интересный свидетель нарисовался, вернее свидетельница. Связана с твоим убийством в «Мего». Потом поделишься версией. С тебя благодарность. Смотри не зажми.

— Благодарность? В смысле? — не понял Потемкин.

— «Доктор, не знаю, как мне выразить вам свою благодарность. — С тех пор как люди придумали деньги, это перестало быть проблемой».

Капралов хлопнул Потемкина по плечу и рассмеялся.

Павел Иванович кисло улыбнулся: при чем здесь доктор? Как только Капралов вышел из кабинета, он сразу развязал тесемки картонной папки с надписью «Лякишева». Он был уверен, что эти два дела связаны между собой! Вроде нет никаких точек соприкосновения: работали убитые женщины в разных сферах, между собой не знакомы, места досуга разные. Но в этих делах есть один и тот же фигурант — Антонина Серова. И один и тот же способ убийства.