Книга Презумпция виновности, страница 23 – Макс Ганин

– Интересно! – подытожил Илья. – А какие показания официальные вы дали следователю?

– Никаких показаний следователю я не давал. Вчера она сказала, что ей не до меня и отпустила нас ночевать на Люсиновскую в ОБЭП.

– Замечательно! Тогда предлагаю взять 51-ю статью Конституции РФ, то есть право не давать показания против себя и своих близких родственников, а дальше посмотрим, какие обвинения и факты есть у следствия. Мы в любое время можем дать показания, даже в суде. Это никак не отразится на нашем положении как обвиняемых, но явно лишит нас опасности наговорить что-то лишнее или дать следствию зацепки для обвинения.

– Это точно нам никак не повредит?

– Абсолютно точно, наоборот, это только нам поможет. Предлагаю сейчас вернуться в кабинет следователя для допроса, потом провести очную ставку с потерпевшим. Как я понял, вас сегодня доставят в изолятор временного содержания, а завтра – в Таганский суд. Там будет решаться вопрос о мере пресечения. Мы постараемся «выйти» на домашний арест. Вас устраивает мой план?

– Выглядит заманчиво, но хотелось бы, конечно, уйти после допроса сегодня вместе с вами домой.

– К сожалению, это невозможно, по моим данным дело заказное, поэтому в любом случае сегодня вас задержат. Давайте будем оптимистами и верить в завтрашний день. Готовы?

– Ну что ж, в завтрашний, так в завтрашний. Пойдёмте в клетку к тигру.

– Поверьте мне, Валерия – далеко не тигр, она больше на нашей стороне. Не дай вам Бог попасть в лапы следователя – тигра – вот это, действительно, беда.

И в таком оптимистическом настроении они пошли по коридору к следователю Черноус. Перед входом в кабинет Гриша снял с себя часы и обручальное кольцо и отдал их Илье. Войдя в кабинет, они застали Валерию за привычным для неё занятием. Она сидела за своим столом, уткнувшись в компьютер, и сонными глазами пыталась читать с экрана документ.

– Мы готовы давать показания, – разрушил тишину допросной кельи Илья.

– Прекрасно! – выйдя из полусонногосостояния, ответила Валерия. – Ну, что ж, начнем, пожалуй: фамилия, имя, отчество.

Записав все анкетные данные Тополева, Валерия перешла к конкретным вопросам по уголовному делу: знакомы ли вы с гражданином Южаковым Андреем Арнольдовичем, знакома ли вам Елена Михайловна из 34-ой налоговой инспекции, доводилось ли встречать Юлию Завгородную, брал ли денежные средства и в каком объёме у Южакова Андрея Арнольдовича и, если брал, то куда их дел. На все эти вопросы Григорий ответил по совету адвоката: «Хочу воспользоваться 51-ой статьей Конституции РФ».

Валерия была готова к такому ответу и не настаивала на более подробных показаниях. Она вообще хотела поскорее закончить эти следственные действия и убраться восвояси домой, лечь спать и забыть это, как страшный сон. Запротоколировав данные Григорием показания, она распечатала на принтере протокол допроса в трёх экземплярах и дала расписаться адвокату и подозреваемому. Расписавшись сама, она вдруг замерла и, медленно подняв голову, посмотрела прямо в глаза Тополева. Эта зрительная дуэль продолжалась секунд 10, после чего Валерия перевела свой тяжёлый взгляд на адвоката и как бы невзначай, для поддержания разговора, спросила:

– А правда, что у вас есть израильское гражданство и паспорт на другую фамилию?