Книга Презумпция виновности, страница 379 – Макс Ганин

– Была… потерял за день до ареста, – ответил Дима и чуть не рассмеялся.

– О-о-о-о! Да, да! Серьёзная вещь, должно быть, – резюмировал Вадик.

18 августа Лариса приехала к Грише на свидание одна. Сестра Тополева, к сожалению, не смогла посетить его по семейным обстоятельствам. Как и планировали, Чувилёва ехала в одном купе с родителями Олега, и к 9 утра они уже были у ворот зоны. Но в этот день на приёмке проходило всё очень долго, поэтому Лариса зашла в зал коротких свиданок только в 3 часа дня сильно взвинченной и злой, но, увидев Гришу, оттаяла и смягчилась. Болтали 2,5 часа обо всём на свете. Лариса в самом начале сообщила, что нашла деньги и закрыла вопрос с Алладином. Тот был счастлив и благодарил её, признавшись, что был уверен в невозврате долга. На вопрос Григория, где она взяла такую сумму, она многозначительно улыбнулась и пообещала как-нибудь рассказать позднее. Наталья Ивановна – главная по свиданкам и передачкам – как всегда, активно принимала участие в беседе, то и дело вставляя свои комментарии, задавала вопросы и сообщая свои соображения по текущим темам разговора. В конце встречи она отличилась своим коронным тестом, который любила задавать всем гостям.

– А вот если вас посадят, – обратилась она к Ларисе, – он-то к вам ездить на свидания будет?

– А почему меня, собственно, должны посадить? – удивлённо посмотрев на сотрудницу колонии, переспросила Чувилёва.

Григорий быстро вмешался в разговор и ответил, что, во-первых, её не посадят, а, во-вторых, конечно, будет ездить, а сам подумал, что они с Ларисой одни из немногих, кто действительно поедут на край света за любимым человеком, преданным другом или родственником. Будут ездить по тюрьмам и зонам, отдавать последнее, переживать и помогать всем, чем только возможно. Он тут жевспомнил, как на вечере встреч одноклассников от Лены Шелюжко узнал о том, что их бывшую старосту класса Машу Смирнову посадили за убийство мужа, и она, несчастная, вот уже несколько лет отбывает наказание на строгой зоне. Гриша тогда через знакомых в милиции нашел адрес лагеря, где она сидела, и каждые 3 месяца отправлял ей посылки с продуктами в течение почти 2 лет. Потом неожиданно получил письмо из колонии от Маши Смирновой, которая созналась, что она не его одноклассница, что ей очень стыдно в этом признаваться, но скоро она выходит по УДО, поэтому больше посылки отправлять не надо.

Это была уже их четвёртая встреча в неволе – 2 на «тройке» и 2 на «семёрке». После первой Лариса плакала и жалела Гришу, после второй грустила, после третьей много говорила о том, как она мечтает, чтобы его выпустили поскорее. В этот раз Гриша увидел уставшую, заметно постаревшую за последнее время женщину. Уставшую от одиночества, от своих неурядиц на работе, проблем с ремонтом дома, с деньгами, а самое главное, как ему показалось, уставшую от его существования в её жизни. Он для неё был как чемодан без ручки – нести тяжело и выбрасывать жалко. Он вдруг осознал, что это их последняя встреча в зоне. Если его до конца года не отпустят, то и последняя в жизни. Больше она не вынесет и не вытерпит. В очередной раз у них зашёл разговор о его бывшем друге Валере Смирнове. Она рассказала, что с его слов, его кинули Антон Животков с Сергеем Гнедковым на большие деньги – не расплатились по выполненной работе, не платят зарплату и что он подумывает уходить от них. Спрашивал, не освободился ли Тополев по УДО, звонит ей или нет. Доложил Ларисе, что рассказал Наташе и Оксане – Гришиной тёте и бывшей жене – о Ларисе и её визитах в колонию. Те сделали вывод, что она из тех девиц, которые ездят на свиданки, чтобы забеременеть и потом претендовать на наследство. Это, естественно, дико обидело Чувилёву, и объяснения Григория, что это всё происки интригана Валерусика – его гнилая тема – мало её успокоили. Прощались сдержанно и быстро, а вечером она прислала всего лишь СМС, что у неё все в порядке и она уже в поезде по дороге в Москву.