Книга Презумпция виновности, страница 466 – Макс Ганин

– Да, – весело ответила группа новичков.

– Теперь про «обиженных» … Это точно такие же люди, как и мы с вами, только попавшие в сложную жизненную ситуацию. Конечно, не надо с ними жалиться в десны, жать им руки или предлагать попить из своей кружки, но относиться к ним стоит уважительно – на них лежит огромная ответственность в нашем отряде и большая часть работы по поддержанию трубопроводной системы всего лагеря. Чистота отхожих мест, а значит, наше с вами здоровье и общая гигиена – это в первую очередь их заслуга. Приказывать им или что-то требовать вы не вправе. Попросите вежливо, по-человечески. Доброе слово и кошке приятно. Вот увидите, они выполнят вашу просьбу, а если вы их ещё и поблагодарите сигаретами или вкусняшками, то с удовольствием помогут и в другой раз. Телефоны, спортивные костюмы и кроссовки лучше всего покупать у них – это и дешевле, и товар качественнее.

– А развеу «обиженных» можно что-либо брать из рук?! Не зашкваримся? – забеспокоился один из новичков.

– На запрещённые вещи это правило не распространяется! Поэтому можете не бояться, – ответил Григорий.

– А вот вы сказали, что 2 года уже в отряде с перерывом. А с чем он был связан? – спросил тот же любопытный новичок.

– Меня на «семёрку» вывозили в прошлом году. Достал я предыдущего начальника колонии, вот он меня и выслал, но это не спасло его – через пару месяцев его уволили, а потом посадили.

– Расскажи, расскажи! – загалдели зэки, как маленькие дети, просящие рассказать им интересную сказку.

Гриша присел на свою шконку и с удовольствием начал рассказ о приключениях и интересных людях, которых довелось повстречать ему за несколько последних лет. Баблоян тоже внимательно слушал, лёжа на своей нижней кровати неподалеку от кучки его соэтапников. Через час он не выдержал, вскочил, подошёл к Тополеву и вежливо попросил выйти с ним во двор на важный разговор.

– Я вижу, ты тут самый авторитетный и знающий человек в отряде? – спросил Гагик, выйдя на улицу.

– Предлагаю пройтись и поговорить вдоль здания барака, а то менты в камеру увидят, что мы стоим на одном месте и разговариваем и подумают, что у нас конфликт и прибегут.

– Да, да, конечно, – согласился Баблоян, встал рядом с Григорием и параллельно ему пошёл прогуливаться. – Мне позарез нужен советчик и товарищ, с которымя мог бы быть откровенным, не опасаясь, что меня сдадут и, самое главное, получать помощь и полезные советы. Я сам человек восточный и очень вспыльчивый, порой совершаю неосознанно резкие поступки, о которых потом жалею. А ты, я вижу, человек прямой, твёрдый, умный и опытный, сможешь меня остановить и предупредить, когда надо. Поэтому предлагаю тебе свою дружбу и общий стол.

– Семейничество, – поправил его Тополев.

– Что? – переспросил Гагик.

– В лагере это называется семейничество! Когда несколько мужиков договариваются вести общее хозяйство на определённых условиях. Мы, например, с предыдущими семейниками скидывались поровну и затаскивали передачки с продуктами, вместе готовили и правильно питались. У нас был общий мобильник, и мы поддерживали друг друга, как могли. Ты об этом?

– Да, именно об этом! С деньгами, как ты понимаешь, у меня проблем нет, поэтому у нас будутсамые лучшие продукты и самый дорогой мобильный телефон.