Книга Административный ресурс. Часть 1. Я вспомнил все, что надобно забыть, страница 2 – Макс Ганин

Юрин дом, гостеприимно спрятавший Григория от милиции, располагался на задворках Рублево-Успенского шоссе в селе Дубки. Это был не роскошный дачный поселок, каких появилось немало в окрестностях правительственной трассы, а деревня — без шлагбаумов, охраны и пафосных вилл, хотя и здесь встречались элитные соседи из двухэтажных кирпичных особняков за дорогими высокими заборами. Самыми известными жителями Дубков была семья основных владельцев Мастер-банка — Бориса Булочника, его жены Надежды и сына Александра. Они славились своим увлечением буддизмом, частыми поездками на Тибет и занятиями йогой на природе.

Покойный отец Юры Власова во времена Советского Союза был не последним человеком на Рублевке. Он руководил продуктовыми магазинами на трассе и был вхож во многие дома тогдашней социалистической элиты. Они с женой даже водили дружбу с Галиной Брежневой — правда, в ту пору ее жизни, когда кремлевская принцесса была уже никем; но тем не менее семья Власовых этим знакомством дорожила и вспоминала Галину Леонидовну только теплыми словами.

В Дубках участкового не было, и милиция появлялась тут в крайних случаях, поэтому Гриша гулял по селу и окрестностям, не опасаясь случайных встреч и возможного ареста. Вот и в этот прекрасный солнечный день он прогулял овчарку Макса вдоль берега реки, помыл оба мотика после ночных покатушек по Москве, плотно позавтракал вместе с Юриной мамой и стал дожидаться пробуждения своего товарища по борьбе. Еще вчера они договорились отметить Гришин праздник поездкой на Плющиху. Двадцать шестого июня у Тополева не получилось поздравить мать с ее днем рождения, поэтому сегодня было решено отпраздновать сразу два события. Юра по просьбе друга заранее заказал у себя на работе большой торт, и около трех часов дня повар позвонил на дачу и сообщил,что все готово в лучшем виде.

В районе пяти Гриша с Юрой подъехали на своих мотоциклах к полукруглому дому на Ростовской набережной. Большая яркая коробка с кондитерским изделием была прикреплена резиновыми жгутами к задней части сидения Юриного байка. Гриша очень торопился на свидание с родным человеком, поэтому даже не обратил внимания на два черных джипа с затонированными наглухо стеклами, припаркованные недалеко от нужного ему подъезда.

— Постой-ка! — приказал Юрий. — Не нравятся мне эти два «Тахо»[2]! Обрати внимание, сколько окурков вокруг них разбросано. Видимо, давно стоят… Явно ждут кого-то… Как бы не нас с тобой!

— Ну, пойдем тогда, не снимая шлемов! — предложил Гриша и поставил свой мотоцикл на центральную подножку.

— Давай не будем рисковать и подъедем через пару часов? — предложил Юра. — Если этих машин не будет, значит, показалось. Спокойно поднимемся в квартиру и поздравим Екатерину Алексеевну. А если так же будут стоять, то уедем от греха подальше. Я попрошу Леху Черчилля, и он передаст торт твоим родным.

— Да не в торте дело! — резко отреагировал Григорий. — Я не общался с мамой больше шести месяцев. Ты что, не понимаешь? Я просто соскучился и очень хочу ее видеть!

— Гриш! Успокойся! — жестко ответил Юрий. — Я понимаю тебя, как никто другой, но безопасность важнее всего. Потом меня твои же родственники спросят, почему я тебя не уберег и как так получилось, что у тебя дырка во лбу.