Онлайн книга «Административный ресурс. Часть 1. Я вспомнил все, что надобно забыть»
|
— Конечно, хочу! — Тогда пойдемте, я вам покажу самое ценное, что у нас есть, — весы для самолетов! — Весы? А зачем? Чтобы взвешивать? — Не совсем… Вот, к примеру, для чего существует развал-схождение в автомобиле? Развал-схождение регулирует угол расположения колес, что позволяет контролировать движение и повышает управляемость машины на дороге. От этого зависит безопасность водителя и пассажиров. Вот и для самолета тоже есть такая же процедура! Чтобы в процессе испытаний знать вес самолета и положение его центра тяжести в каждом полете, перед началом испытаний проходит взвешивание воздушного судна. Оно производится в ангаре с горизонтальным полом при закрытых воротах, чтобы не вносить погрешности в показания весов из-за влияния ветра. Наш институт — единственный в центральном регионе России, у которого есть такой ангар. Вот его я тебе и покажу! Они проследовали многочисленными коридорами до перехода в другое здание, потом долго спускались по лестнице и наконец-таки вошли в огромное помещение. Ангар для самолетов был подобен гигантскому белому храму, возведенному на земле. Он скрывал множество тайн и чудес, предназначенных для крылатых машин. Его стены, облицованные металлическими панелями, отражали свет и создавали иллюзию бесконечной перспективы. Внутри было темновато. Хозяева явно экономили электроэнергию, не включали фонари — был только уличный свет, проникавший через огромные окна в раздвижных воротах ангара и хоть как-то освещавший помещение. — К сожалению, этот ангар в последние годы используется далеко не по назначению, — грустно прокомментировал увиденную гостем картину Люлькин. — Больше как закрытая стоянка для самолетов ВИП-персон. Вон те две «Цесны»[129]принадлежат Администрации Президента, а другие три бизнес-джета — крупным российским олигархам. Еще на улице есть порядка тридцати открытых стояночных мест для самолетов бизнес-авиации. — Это все — тоже часть вашего института? — в восторге от увиденного спросил Тополев. — Не совсем. Этот ангар и все стоянки принадлежат другому юридическому лицу — АНТЦ, Авиационному научно-техническому центру. Раньше, естественно, это было частью НИИ, но недавно государство вдруг решило вывести этот актив в отдельный ФГУП[130]. — Зачем? — удивился Гриша. — Понятно, зачем! — строго ответил Люлькин. — Приватизировать хотят! Тут неподалеку построили терминал для богатеев, чтобы они не толкались в общих залах аэропорта, а с комфортом проходили в собственные самолеты. Причем зачастую — без таможенного досмотра и паспортного контроля. Тут такая вакханалия иногда случается! Миллиарды наличными вывозят, золото — контейнерами, и никто даже слова не скажет: боятся. — Так давайте перекроем этот канал вывоза российских богатств! — предложил Григорий, когда они вышли на улицу. — Возможности такие у нас имеются. — Я предлагаю поступить хитрее… — предложил Владимир Иванович, понизил голос и заговорщицки произнес: — Приватизируй этот объект сам! — Это как? — Тебе же нужна собственная ремонтная база для самолетов? Ты же поставляешь запчасти в Аэрофлот? Так пора уже самому их и устанавливать на самолеты! А для этого нужно помещение и высококвалифицированные кадры. И это все есть здесь, под этой крышей! Более ста пятидесяти сотрудников с высшей квалификацией прозябают в этих стенах без нормальной зарплаты и с перспективой быть уволенными за ненадобностью. Мы только и ждем того момента, когда придет настоящий хозяин и запустит так необходимый в нашей авиационной промышленности бизнес. А потом на базе стоянок можно создать прекрасный частный аэропорт. Бери все в свои руки, а я тебе помогу! |