Книга Административный ресурс. Часть 1. Я вспомнил все, что надобно забыть, страница 67 – Макс Ганин

— Так… Во-первых, успокойтесь! — негромко произнес Григорий, чтобы Мария сконцентрировалась на его голосе и перестала эмоционировать. — Во-вторых, мне нужны все данные, которые у вас есть на сегодняшний день. Кто звонил — имена, фамилии, клички; по каким номерам; когда это было. Подробно расскажите мне про комнату, в которой снимали на видео Юру. А лучше всего дайте мне эту кассету — я ее сам посмотрю и покажу знающим людям. Может быть, там зацепку какую-нибудь найдем. В общем, мне надо все, что у вас есть по этому похищению.

— Конечно, конечно! Пойдем в дом. У меня все там.

— Сейчас я собак отведу и приду, — пообещал Гриша.

Обращаться по этому поводу к Вагаеву или Фабзону было, конечно же, бесполезно, хотя Тополев и пообещал это соседке. Они могли сделать только хуже, подключив свой административный ресурс. Похитители, скорее всего, испугались бы влиятельных людей и просто избавились бы от Юрки. Как говорится, нет тела — нет дела. Поэтому Григорий сразу же созвонился с Асланом и Рэмбо. Чеченец отлично знал многих полевых командиров и мог разговаривать с ними на равных, а старший прапорщик имел возможность за деньги помочь с выводом на наши информированные источники из разведки и чеченскую милицию. Мария сразу же выделила Грише солидную сумму денег в валюте на подкуп и текущие расходы, поэтому с таким бюджетом, как думал Тополев, можно было бы вытащить из плена не одного человека.

В течение сентября поиски Юры успеха не принесли. Лесные бородачи пару раз сообщали через Аслана, как они говорили, стопроцентную информацию о нахождении парня, но по этим координатам его найти не удавалось. На каждое такое сообщение Гриша лично вылетал в Чечню — при поддержкеспецназовцев, предоставленных Рэмбо, и местной милиции начинал поиск друга детства в заданном районе. Информация боевиков была отчасти полезной. Удалось обнаружить с десяток наших пленных солдат, сидящих в зинданах[32], которых, естественно, освобождали из заточения. Чеченские хозяева не хотели отдавать рабов, которых зачастую покупали у полевых командиров за приличные деньги, поэтому нашим бойцам приходилось применять физическую силу и оружие.

Изможденные пацаны делились с Гришей всеми ужасами, пережитыми за время пленения, рассказывали о скотском отношении со стороны кавказцев, о пытках и членовредительстве, скудном питании и тяжелой работе, которую их заставляли делать. Никто из них не смог опознать Юру по фотографии, но один подтвердил, что слышал на рынке по продаже невольников в Гудермесе историю о москвиче-журналисте, которого часто перевозят с места на место. Он даже вспомнил имена полевых командиров, упоминавшихся в связи с этим дорогим пленником: Мовсар и Арби Бараевы.

— Если это те самые Бараевы, о которых я думаю, — сказал Аслан, выслушав Гришин рассказ, — то вернуть твоего друга будет очень сложно и очень накладно.

— Соглашусь с Асланом! — подключился к разговору Рэмбо, выложив на стол папку с бумагами. — Вот что мне дали мои знакомые ГРУшники[33]на этих Бараевых. — Он надел очки и с важным видом зачитал выдержки из оперативного материала.

«Членов семьи Бараевых, особенно Арби и Мовсара, дядю и племянника, называют одними из самых кровавых участников чеченских бандформирований обеих чеченских войн. На счету этих боевиков многие сотни жизней — как военнослужащих, так и мирных жителей, жестокие пытки, зверские убийства пленных, захват заложников, похищения людей и другие преступления.