Книга Чужачка в замке Хранителя Севера, страница 48 – Лари Онова

— Доброе утро, — прохрипел он со сна. — Кошмары не возвращались?

— Нет, — прошептала я, чувствуя, как краска заливает щёки, и поспешно отстранилась, поправляя сбившееся платье. — Благодаря тебе. Ты действительно остался.

— Я же обещал, — он потянулся, хрустнув суставами, и встал с постели, ничуть не смущаясь мятой рубашки. — А МакКейни держат слово. Ну, пора вставать, соня. У меня на сегодня большие планы.

У самой двери он обернулся, взгляд скользнул по моему лицу.

— Я рядом, Кат. Помни. Всегда.

Когда за ним закрылась дверь, я ещё долго чувствовала на коже его тепло. Встала, умылась холодной водой и, приколов подкладке железный оберег‑булавку, пошла встречать день.

Утро после ночного кошмара принесло неожиданное облегчение. Солнце, будто извиняясь за тьму, залило Блекхолд ослепительным светом. Снег искрился так, что больно было смотреть, а воздух звенел от мороза и смеха.

На нижнем дворе, обычно отведённом для суровых тренировок гарнизона, сегодня царил праздник. Джереми устроил “Турнир снежной крепости”.

Солдаты, забыв о чинах и возрасте, смеялись как мальчишки, строя баррикады из снега. Кухарки выносилидымящиеся котлы с горячим сбитнем, конюхи соревновались в стрельбе по соломенным чучелам, наряженным в смешные тряпки.

Я наблюдала за этим с каменной галереи второго этажа, кутаясь в меховую накидку. Моя магия, успокоенная общим весельем, мурлыкала внутри, как сытая кошка. Я чувствовала, как от стен отступает сырость, как ветер стихает, огибая башни, чтобы не мешать. Даже вороньё, кружившее вчера над крышами, куда-то исчезло.

— Не замёрзла?

Джереми легко перемахнул через перила и приземлился рядом со мной. Раскрасневшийся, с растрёпанными волосами, в простой льняной рубахе с закатанными рукавами, он был воплощением самой жизни. От него пахло морозом и потом.

— Здесь тепло, — улыбнулась я, и это была чистая правда. Рядом с ним всегда было тепло.

Мы сели на широкую каменную скамью в нише, скрытой от ветра и лишних глаз. Внизу кто-то упал в сугроб под общий хохот. Джереми рассмеялся, и лучики морщинок разбежались от его глаз.

— Им это было нужно, — сказал он, кивнув на двор. — Людям страшно, Кат. Они чувствуют напряжение, которое привезла твоя мачеха. Им нужно было напомнить, что мы всё ещё сильны.

— Ты хороший командир, Джейми, — тихо сказала я. — Ты заботишься о них так же, как...

— Как Дуглас? — он перехватил мой взгляд и грустно улыбнулся. — Знаешь, я ведь был таким же напуганным волчонком, как ты, когда впервые попал сюда.

Я удивлённо посмотрела на него.

— Ты? Напуганным? Ты кажешься таким бесстрашным.

— Мне было семь, когда отец погиб в стычке на границе, а мать сгорела от лихорадки, — он повертел в руках щепку, отломившуюся от перил. — Я остался один. Родня хотела отправить меня в монастырь, чтобы поделить наследство. Но приехал Дуглас.

Джереми смотрел куда-то вдаль, сквозь годы.

— Он тогда ещё не был Хранителем. Молодой, резкий, вечно в чёрном. Он ворвался в дом моего опекуна, швырнул мешок золота на стол и сказал: “Я забираю свою кровь”. Он посадил меня перед собой в седло и вёз до самого Северного замка. Я ревел всю дорогу, бил его кулаками по кирасе, кричал, что ненавижу его. А он просто молчал и держал меня так крепко, что я понял, он не даст мне упасть. Никогда.