Книга Чужачка в замке Хранителя Севера, страница 76 – Лари Онова

***

Я вышла в коридор, всё ещё кипя от злости, и увидела её. Катарина стояла, прижавшись к стене, бледная, испуганная. Она всё слышала. Моя маленькая предательница…

Я видела, как в её глазах страх мешается с этим омерзительным облегчением. Она думает, что Дуглас пришёл её спасать? Она видит в нём героя? Глупая девчонка.

Только я заметила тень ревности в глазах МакКейна, когда он говорил о Джереми. О, здесь пахнет не только защитой, здесь пахнет чем-то куда более интересным.

Она попыталась ускользнуть в свою комнату, но я была быстрее. Я распахнула дверь и влетела следом, захлопнув её с такой силой, что вздрогнули стёкла.

— Ты! — прошипела я ей в лицо, подходя вплотную. — Ты предательница, Катарина. Ты всё это подстроила, верно? Нашла способ вскружить голову этому зверю, чтобы сорвать мои планы?

Она вжалась в стену. Я видела, как она дрожит под моим взглядом — тем самым взглядом, которым я ломала её волю все эти годы.

Я мучила её годами и теперь, когда Дуглас переиграл меня, эта беспомощность в её глазах только подстёгивала мою злобу.

— Я ничего не подстраивала, — прошептала эта маленькая дрянь. — Это его решение.

Я коротко, злобно рассмеялась. Смех вышел хриплым, полным горечи и яда, от которого у меня самой заныло в груди.

— О, милая, неужели ты думаешь, что этофинал? Что ты победила? Я ещё отыграюсь. На всех вас. Этот брак — фарс, и я сделаю так, чтобы весь свет захлебнулся в подробностях этого странного союза. Я опозорю твоё имя так, что ни один МакКейн не отмоет его и за сто лет. Ты будешь королевой сплетен, Катарина, а не благородной леди. Твой Джереми очень быстро пожалеет, что связался с тобой.

Катарина сглотнула, и я видела холодок страха в её глазах. О, как это было сладко! Угрозы вырывались из меня потоком, полные той мести, которую я копила годами. Я была мастером интриг, и мой яд мог отравить репутацию на поколения.

Но в глубине души я знала: Дуглас и МакКейны попытаются защитить её, и от этой мысли злоба вспыхнула с новой силой. Она подняла подбородок, не позволяя страху взять верх, и это только раззадорило меня.

— Делайте что хотите, — ответила она тихим, звенящим голосом. — Но свадьба состоится.

Я замерла, мои глаза сузились от ярости. На миг показалось, что я ударю её, разобью эту наглость, но вместо этого я выпрямилась, разглаживая своё безупречное платье дрожащими руками. Ярость сменилась холодным расчётом, но внутри всё кипело.

— О, я приду на свадьбу, — прошептала я, растягивая губы в самой фальшивой и любезной из своих улыбок. — Не сомневайся в этом. Я буду самой любящей мачехой. Я буду улыбаться и пить за твоё здоровье. Пока не найду способ нанести удар в спину.

Я развернулась и вышла, не оборачиваясь. Пусть сидит там, на полу, и дрожит от своего "счастья". Свадьба будет. Но я позабочусь о том, чтобы она стала началом их конца.

Утро моей свадьбы было серым и холодным, как и положено на севере. Блекхолд напоминал разворошённый муравейник, но я наблюдала за этим словно во сне. Всё казалось нереальным: и суета служанок, и запах хвои, которой украшали главный зал и тяжесть моего платья.

Я сидела перед зеркалом в своей комнате, пока старшая из женщин клана, седовласая Элспет, расчёсывала мои волосы крепкими руками. Она бормотала древние благословения на языке, который я едва понимала. Мои волосы заплели в сложную «волчью косу», вплетая в пряди тонкие серебряные цепочки и веточки красной рябины оберега от злых духов.