Книга До самой смерти, страница 158 – Миранда Лин

Они переглядывались, пока тот, что стоял возле двери, не заговорил снова:

– Что ж, по-моему, ты просто неправильно нас поняла. Мы с парнями подошли узнать, не нужна ли вам наша помощь. Верно, ребята?

Они согласно забормотали себе под нос, и Холлис облегченно опустил плечи. Несколько минут спустя мы уже вышли на улицу и направились к экипажу, который украли у Дрекселя.

– Холлис, все нормально?

– Взбодрился. – Он похлопал меня по ноге и взялся за вожжи. – Ты правильно поступила, голубка.

– С людьми Маэстро?

Он усмехнулся.

– С ними тоже. Но я говорил о Регуласе. Он всегда был гадом.

– Откуда ты его знаешь?

– Да я и не знаю. Скорее, знаю о нем. Ужасный, ужасный человек.

– Так тебе было известно, кого я искала. Зачем пошел со мной, раз ненавидишь его?

Холлис ответил озорной улыбкой.

– Мне стало любопытно, изменился ли он. А если нет… Надеялся, что ты пустишь ему кровь.

– Я и не знала,что ты такой мстительный.

– Всякий, кто разговаривает с моей девочкой в подобном тоне… заслуживает своей участи.

Я опустила голову ему на плечо, и мы продолжили путь.

– Спасибо, что всегда защищаешь меня, Старик.

Ночью я снова часами ворочалась без сна, пусть дом Синдиката стал для меня почти родным. И только когда луна скрылась из виду, я наконец-то смогла задремать. Но едва открыла глаза, увидела Смерть, стоявшего с убийственной улыбкой у адских врат, что обрамляли его зловещую фигуру.

– Ты не спишь, чтобы избежать встречи со своим господином, Деянира?

До этого момента я почти не задумывалась о том, как Смерть призывал меня.

Он грациозно ступил вперед, ущипнул меня за щеку крепкими пальцами и, наклонившись, прошептал:

– Будешь вечно жить в молчании? А когда призову присоединиться ко мне? Ты забыла, что уже нарушила обет? Перед тем как привела отца к роковой кончине.

Я стиснула зубы, стараясь не смотреть в его холодные темные глаза, но низкий рык адской гончей, высившейся за его плечом, наполнил мое сердце подобием страха.

Тихий смешок Смерти пробрал меня до нутра.

– Ты ничего не добьешься своим упрямством, дорогая.

Смерть не принуждал меня ни к чему сверх моего долга Девы, но заставлял смотреть в глаза. И я всегда шла на эту уступку, давала одержать верх. В его злобном проницательном взгляде таилось нечто знакомое. Напоминание о безумии, которое поглотит меня, если буду противиться магии. О днях, что я прожигала в притонах, и о том, как пробивала себе путь через тюремную стену, пока не содрала ногти и не стерла пальцы в кровь. О двадцати трех душах, отнятых в одну роковую ночь. О цветах, выбитых на моей спине на память. Мне потребовались все силы, чтобы выдержать его пристальный взгляд, когда Смерть провел пальцами по моей руке и схватил за запястье.

– У меня хорошее предчувствие, – елейно произнес он.

Тело будто бы охватило стремительное пламя, едва он провел ногтем по нежной коже. Гнусная улыбка, с которой он ждал моего крика, заставила устоять на ногах. Было больно. Больнее, чем от удара кинжалом в живот или от одиночества в сердце. Смерть усиливал мои страдания ради собственного извращенного удовольствия.

Дав мне имя, он прижался холодными губами к моей щеке и прошептал:

– Я сломлю твой упрямый дух. – А затем исчез.

Я резко села в постели и сжала руку в кулак. Это предостережение? Угроза, связанная с именем, которое он мне дал. Как ни странно, в моей жизни появились те, кого я должна защитить. Те, чьи именаувидеть было бы невыносимо.