Книга До самой смерти, страница 194 – Миранда Лин

– Знаю, ты считаешь меня мерзавцем, Деянира, но я щедрый человек. Скажи, чего ты хочешь, и все будет сделано. Моя власть безгранична.

Вены сковал лед.

– Мне ничего от тебя не нужно. Меня нельзя купить.

Дрексель усмехнулся, и темно-рыжие завитки его усов дрогнули в такт этому звуку, как и шрам на его лице.

– У каждого есть цена.

На миг я задумалась, была ли она у меня. Мог ли этот человек избавить от предательства, которое разрывало изнутри. Но я знала, что к чему. Знала, что он лишь утроит эту боль. Я успела хорошо его изучить, в том числе благодаря Орину. И я ненавидела Дрекселя с такой слепой страстью, что ничего не замечала за красной пеленой, застлавшей глаза. Прохладная рукоять Безмятежности коснулась пальцев. Я набросилась на него, но остановилась всего в одном шаге.

– Назови мне цену за твою жизнь, Маэстро.

Он поднял трость, пытаясь откинуть мой клинок, но я схватилась за нее и рывком притянула его к себе, чтобы он оказался у самого острия Безмятежности. Маэстро снова улыбнулся, и его рваный шрам вывел меня из равновесия. Я всегда видела в нем только злодея, но сейчас, когда он вот-вот встретит свою смерть, Дрексель показался по-своему привлекательным. Грубый, уверенный, наделенный всем, что должно и в то же время не должно сочетаться в одном характере. Он смотрел с той же решимостью, что и Орин. И я даже видела черты Элоуэн в его лице. Он был простым человеком,пока этот мир не превратил его в нечто гнусное.

– Тебе не хватит духу, Дева.

Кожа покрылась мурашками от того, с какой злостью он произнес мой титул. Будто никакими словами не мог выразить зависть к моей силе.

– Ты не представляешь, на что я сейчас способна, Дрексель.

– Ты права. А давай сыграем в игру? Возьми свой красивый клинок и вонзи в мое сердце. – Он указал на землю. – И посмотри, как я сделаю последний вздох прямо в этой луже.

Я подошла ближе. Я хотела этого. Боги, я хотела. Если не из-за многолетних страданий, которые он принес этому миру, то ради собственной раненой души. Но даже сейчас, на пике своего горя, я понимала, что смерть Дрекселя не принесет мне утешения. И все же я могла избавить мир хотя бы от одной из бед.

– Давай, – проворковал он. – Вонзи клинок, Деянира. Или слухи правдивы? У тебя нет собственных убеждений без приказа Смерти?

Я замешкалась всего на мгновение. Я могу и сделаю это. Решение придало мне твердости. Я замахнулась Безмятежностью, и расчетливость в его глазах вмиг сменилась страхом.

Но встреча с Дрекселем Ванхоффом – всего лишь отвлекающий маневр, который, по всей видимости, был не нужен Икарию Ферну. В этот миг целая толпа вышла из тени и окружила меня, обнажив оружие. Я даже не стала сражаться с ними. Попросту понурила плечи, уронив Безмятежность на мокрую землю, ведь больше не чувствовала ни капли привязанности к клинку, и бесчисленные крепкие руки схватили меня.

Я лежала на холодном сыром полу подземелья и задыхалась от жгучей боли в боку. Трясущейся рукой дотронулась до ее источника и убрала окровавленные пальцы от копья, торчавшего прямо под грудной клеткой. Перед глазами все расплывалось, каждый осторожный вдох отзывался агонией. Руки задрожали, когда я вновь прикоснулась к зазубренным краям наконечника. Вспышка боли напомнила о засаде, из-за которой я здесь оказалась. А потом и о предшествовавшим этому душевным страданиям.