Книга До самой смерти, страница 259 – Миранда Лин

– Заходите, мальчики! – крикнула я, а затем улыбнулась Орину.

– Говоря по справедливости, Пушку кличку дала твоя подруга.

– Так и есть, – согласилась Пэйша. – Мне кажется, она ему подходит.

Огромные гончие вошли в обеденный зал. Чем ближе они подкрадывались, тем сильнее нам приходилось тянуть шеи, чтобы видеть их сверкающие рубиновые глаза. И хотя сердце все же екнуло и мне пришлось совладать с дыханием, я встала и указала на пол, будто обращалась к Бу:

– Сидеть.

Они тотчас послушались и высунули огромные розовые языки. Я бросила каждому псу по блинчику.

– Ох, видели б старые боги, – простонал Орин, запустив руки в волосы. – У нас самые большие псы во всех мирах.

Я нахмурилась:

– Они тебя слышат.

Пэйша захихикала, когда Орин заговорил с притворной радостью и сделал вид, будто хлопает в ладоши:

– У нас самые большие псы во всех мирах!

– Молодец. – Я ухмыльнулась, бросив гончим еще пару блинчиков.

В конце концов Пэйша откинулась на спинку стула и отодвинула тарелку.

– Было здорово. Семейный завтрак. Жаль только, что Холлис не пришел.

Орин встал и взмахом руки убрал посуду.

– Очень удобно, – заметила я, а затем обратилась к Охотнице: – Еще неизвестно, виделся ли он с Далией?

– Прежние предвестники держатся вместе. Не сказать чтобы здесь кто-то был особенно общителен, но чем больше у тебя друзей, тем больше слабостей. И эта группа не вызывает сочувствия, поскольку несет ответственность за большинство смертей в Реквиеме.

– Не совсем так, – возразила я. – Они ничего не могли поделать с тем, какая судьба им досталась.

Эзра окинул нас взглядом в поисках поддержки, но все промолчали. В отличие от Пэйши и Орина, он не знал о безумии.

– Я убила тебя не потому, что сама так решила. А потому что физически была вынуждена это сделать, иначе сошла бы с ума и уничтожила очень многих. Выбора не было. Ни у меня, ни у них. Но я все равно сожалею.

Эзра опустил подбородок и заговорил предельно серьезно:

– Мне не нужны твои извинения. Ты уже принесла их однажды, и этого довольно. Но ты должна попытаться понять взгляды здешнего народа,иначе никогда не сможешь им управлять.

– Мы не будем никем управлять, – решительно заявил Орин. – Все, кто хочет уйти отсюда, вольны это сделать. Насколько я понял, озеро Потерянных Душ не осушить, но остальных можно освободить. Они могут перевоплотиться, чтобы прожить еще один жизненный цикл.

– Даже Шепчущие? – спросила Пэйша еле слышно.

– Даже Шепчущие, – подтвердил он.

И мы приступили. Без часов, чувства времени, заходящего солнца и движения луны день тянулся долго. Стены замка угнетали, поэтому мы решили взяться за дело во дворе. При помощи Пушка с Лохматиком и теней, которых умершие по-прежнему боялись, Орин и Эзра сдерживали толпу, а Пэйша приводила ко мне одну измученную душу за другой. Мы отпускали их в эфир, направляя по пути, который необходимо пройти для перевоплощения.

Перед замком появились даже предвестники, а с ними Икарий. Они не поднимали головы и послушно ждали в очереди, и, как я ни старалась сосредоточиться на каждой подходившей ко мне душе, невольно поглядывала за тем, как они оказываются все ближе.

Спустя несколько часов люди стали смотреть на меня с благоговением. У них отвисали челюсти и округлялись глаза, когда я желала им обрести покой и отдавала часть своей силы. Наконец я почувствовала истощение. Тело казалось невыносимо тяжелым. Но предвестники подходили все ближе. Мне очень хотелось добраться до них, даже если придется превзойти все пределы магии Жизни. Предвестники касались моих рук с большим нетерпением, чем остальные. Потому что для них перерождение было не просто спасением из мира Смерти, но и побегом от прошлой жизни в Реквиеме. От воспоминаний, которые не давали им покоя, как и мне. А ведь мои предшественники пролили гораздо больше крови. В них не было той искры света, которая сдерживала мое безумие.