Книга Лекарь из другого мира, страница 4 – Маргарита Абрамова

Это была идея не грубого удара, а тонкого камертона, который заставляет сбившийся с такта оркестр вновь играть в унисон.

Я не искал частоту, чтобы убить клетки, это было выше моих сил в таких условиях, я искал частоту, которая «обманет» систему, заставит элемент действовать как троянский конь.

Это была не стимуляция, а точечная диверсия на молекулярном уровне. Через точку акупунктуры, чтобы доставить «агента» как можно ближе к нервным путям, по которым, как я безумно надеялся, можно передать команду. Я синтезировал микроскопическую суспензию, заключил ее в инертную оболочку из биосовместимого полимера и создал крошечный контактный датчик, который должен был крепиться на кожу у виска.

— Вы проводите несанкционированные эксперименты! — вырвалось у нее, и в ее голосе впервые появилась не робость, но укор профессионала, видящего вопиющее нарушение, — Я понимаю, что это для вашей жены! Но… Ей нужны вы, а не это… это все безумие! — ее взгляд переместился снова с моего лица на аппарат, — Вы что используете талий? — спросила испуганно, заметив флакон с маркировкой «Tl+». Она знала достаточно, чтобы понять, — Вы отравите ее! Таллий — это яд!

— Не в этой форме! Не при такой подаче! — начал спорить, — Я все рассчитал! Частота модуляции… она меняет валентность, она направляет его! Шанс есть! Единственный! А вы предлагаете просто ждать?!

— Вы сошли с ума! Вы не имеете права на это все!

— Право?! — закричал я, и все напряжение последних недель, вся накопленная ярость на болезнь, на беспомощность, на себя, выплеснулись на нее. — Какое ты вообще знаешь о правах?! Право на жизнь — вот самое главное право!

— Успокойтесь! — проговорила она уже более спокойно, пытаясь меня успокоить и не провоцировать скандал, — Пойдемте… вас ждут пациенты. Вы должны взять себя в руки… — проговорила назидательно это недоразумение в коротком белом халатике, словно я был и правда сумасшедшим, — Выключайте свой аппарат… Или я буду вынуждена пожаловаться руководству.

Работал же спокойно, послали на мою голову. Теперь должен отчитываться еще и перед студенткой!

Девушка потянулась к рубильнику, чем сильнее разозлила меня.

— Не трогай тут ничего! — одернул ее руку, но сам локтем задел главный регулятор на самодельном блоке питания. Раздался резкий, неприятный визг, которого не должно было быть. Лампочки на приборах вспыхнули ослепительно белым, а затем погасли, и сразу же зажглись снова, но уже странным, пульсирующим багровым светом. Воздух в комнате загудел, завибрировал, зарядился статикой, от которой зашевелились волосы.

— Что вы наделали?! — крикнула Иванчикова, но ее голос словно утонул в нарастающем гуле. Аппарат завизжал на пронзительной, невыносимой для уха частоте.

И тут произошло нечто, что не мог предвидеть ни один из тех безумных теоретиков в интернете. Перенапряжение, резонанс частот, неизученные свойства ионизированного таллия под таким воздействием — все это сошлось в одной точке. Пространство над аппаратом заколебалось. Не надорвалось, а именно заволновалось, как поверхность воды, в которую бросили камень. Но вода эта была самой реальностью. Возникла мутная, мерцающая всеми цветами радуги линза, за которой виднелось что-то иное.

Невидимая сила, не взрывная, а тянущая, как водоворот, схватила нас обоих и потащила к этой аномалии. Я увидел, как глаза Даши, полные ужаса и непонимания, расширились. Мы попытались ухватиться за что-то, но пол под ногами потерял твердость.