Книга Берк. Оборотни сторожевых крепостей, страница 2 – Ли Литвиненко

— Довольно! — усиленный магией голос эльфа разнесся над противниками, оглушая и останавливая бой. — Хватит!

Теперь уже все увидели миротворческую армию и, повинуясь магическому приказу, замерли.

— Переговоры! — снова прокричал на весь берег эльф. — Я требую начать переговоры!

— Проваливай в бездну! — крикнул кто-то в ответ.

С пальцев эльфа сорвалась синяя молния и, пролетев между отшатнувшихся от нее воинов, ударила куда-то в гущу сраженья. Пламя охватило крупного оборотня, затянутого в медную кольчугу. Он закричал от боли и, упав, принялся кататься по земле.

— Убирайся туда, откуда пришел, остроухий!

— Не лезь не в свое дело!

Среди двуликих нашлись те, кого это показательное наказание не охладило.

С кончиков пальцев эльфа сорвались еще две молнии и поразили смельчаков. Остальные стояли и смотрели растерянно. Подождав пару минут, не найдется ли еще несогласный, эльф щелкнул пальцами. Огонь погас.

— Я сказал — довольно!

Обгорелые оборотни были живы, но стонали от боли. Их конечности сгорели до костей, кожа почернела и отваливалась кусками.От их тел шел смрадный дым. Воняло горелым мясом и шерстью.

— Кто ведет вас? — обратился эльф к двуликим.

Оборотень, поднявший меч в воздух, стоял у самой реки, в которой лежали разбитые перевернутые телеги.

— Назовись.

— Сначала сам назовись! — крикнул оборотень.

— Я Рэдариэл, сын Гарабета из Туманного леса.

— А я Дарион, сын Мануорта, альфа стаи Поющего неба. И я хочу знать, по какому праву ты вмешиваешься в правосудие, которое я вершу?

— Правосудие? Не слишком ли громкое слово, чтобы называть им убийство женщин и детей?

— Самое подходящее слово для истребления этого гнилого племени! — прокричал в ответ оборотень.

Разговор велся через поле боя, на котором лежали убитые, стонали раненые, плакали женщины и дети.

— Да в чем наша вина? — прокричала женщина, сидевшая на земле.

На ее коленях её лежала голова мертвого мужчины.

— За что?

— Они все сошли с ума! — раздавались голоса немного осмелевших людей.

— За предательство! За Красный мор! — закричал в ответ оборотень. Лицо его сделалось злобным, клыки снова выступили изо рта.

— В твоих словах, загадка для нас, — вступил в разговор гном со скорбным выражением лица и огромной булавой на плече. — Устроим же перемирие и поговорим.

— Не будет больше мира между оборотнями и людьми! — взъярился Дарион. — Однажды предавшие, должны умереть!

— Тогда назовем это передышкой, — устало сказал гном.

Он был мужем и воином, а не нянькой. Уговаривать оборотней, словно малых детей, ему было впервой. Но брошенные двуликим обвинения, были слишком серьезными. Это могло объяснить их нападение, но нужно было прояснить, что это за мор такой. Возможно, тогда удастся остановить эту бессмысленную резню.

— Твои воины отдохнут, а ты расскажешь нам всем свою историю. Если ты прав, никто не станет мешать тебе творить справедливость.

Люди в страхе начали переглядываться. В новом войске они уже увидели свое спасение, а теперь их снова могут уничтожить за неизвестный им грех.

— Согласен. Только ради правды. Я хочу, чтобы все узнали, как оно есть и не считали оборотней свихнувшимися дураками.

— Передышка! — прокричал Дарион и дал знак своим воинам.

Над полем боя разнесся рокот голосов. Люди отходили с радостью и облегчением, оборотни опускали оружие с неохотой. В них еще бурлила жаждакрови, и желтые глаза, зажжённые боем, все еще пугали продольными зрачками. Нестройная вереница двуликих разделилась с человеческим войском и отхлынула к лесу. Туда же направились и приехавшие войны.